— Между пером этого темерикса и опереньем его собратьев существует невидимая связь. Я сделаю так, чтобы эти перья привели вас к остальным темериксам стаи.

Один из охотников поднял руку, чтобы задать вопрос.

— Может, вы нам и оружие заговорите так, чтоб оно само убивало монстров?

— Если бы такое заклинание существовало, зачем бы вы мне нужны были здесь?

Колкий ответ старика вызвал у охотников одобрительный смех. Хеслин дождался, пока они угомонились, и продолжил:

— Убить темериксов будет нелегко, но и не так уж трудно. Их будет сложно найти, но я позабочусь об этом. Поешьте и собирайтесь, я дам перо каждому из вас, и вы отправитесь в путь.

Норрингтон поднял руку и описал ею круг в воздухе.

— Разбейтесь на группы, возьмите оружие. Через четверть часа мы выступаем.

Два младших мага присоединились к Хеслину и начали выдергивать перья из шкуры. Сандес подошел к нам и указал рукой на самую большую повозку у дороги.

— Вы трое в моей группе. Пойдем, я выдам вам оружие.

Повозка оказалась оружейным и продовольственным складом на колесах. Припомнив наш с Неем разговор о том, с каким оружием лучше идти на темерикса, я попросил длинный кинжал. Я вставил его в ножны на поясе. На правое бедро я повесил колчан, в котором было тридцать черных стрел с широкими заточенными кромками и красным опереньем. Я взял также небольшой изогнутый лук, короткий, но очень тугой, из которого можно было бы насквозь пронзить стрелой человека, одетого в кольчугу, с расстояния примерно в сотню ярдов. Такими луками обычно вооружены всадники. Сандес недоумевающе взглянул на меня.

— Разве ты не возьмешь меч?

Я отрицательно покачал головой.

— Чтобы не споткнуться об него, если придется бежать. Кроме того, мы с Неем считаем, что идти с мечом на темерикса — это самоубийство. Так что меч мне не нужен.

Ли усмехнулся в ответ на мои объяснения, но все же не преминул подтянуть портупею повыше под грудь. Ножны он закрепил так, что рукоятка меча торчала за правым плечом. Ли попробовал вытащить из-за плеча широкий обоюдоострый меч, и это вышло у него довольно ловко. Кроме того, Ли вооружился еще и арбалетом с так называемой «козьей ножкой» — специальным приспособлением, которое позволяло очень быстро натянуть тетиву. Колчан арбалетных стрел он повесил на правом бедре, а зачехленный кинжал — на левом.

Ней не взял лук, но зато выбрал из груды оружия восьмифутовую пику для охоты на диких кабанов, с широким, как у кинжала, лезвием и мощной крестовиной, которая не позволит зверю сползти вниз и придавить человека. Крепкое дубовое древко наверняка не сломалось бы под весом даже очень крупной жертвы. А тупым концом можно было упереться в землю. В дополнение к пике Ней прихватил топорик и кинжал.

Вооружившись, мы направились туда, где уже трудились Хеслин и его помощники.

Меня очень интересовало, в чем именно будет заключаться их магическое вмешательство. Я знал, что очень немногие маги из смертных могут оказывать непосредственное магическое влияние на живых существ. Я слыхал немало рассказов о колдунах, которые накладывали смертельные проклятия на разбойников и авроланских чудовищ, насылая на них взрывающиеся шаровые молнии. А вот о заклинаниях перед сражением мне ничего не было известно.

Но, как оказалось, суть волшебства, о котором говорил Хеслин, заключалась не в том, чтобы подействовать на темериксов, а как раз наоборот — в том, чтобы они подействовали на нас.

Ней первым подал свою пику магу. С помощью льняной нити ученик Хеслина подвесил перо темерикса к крестовине. Затем архимаг поднял левую руку и сомкнул вокруг пера кольцо, образованное большим и указательным пальцами. Хеслин что-то пробормотал очень тихо и провел сомкнутыми в кольцо пальцами вдоль пера.