Потом, кто-то будет говорить, что я струсил! Но я выполнял инструкции. Они гласили, что рисковать нельзя. Героическая смерть - глупость. Море - это не то место, где нужно стоять до конца. Бессмысленная смерть ради гордыни подвига - преступление! Чего добился Льютенс? Я считаю, что у него был прекрасный шанс вернуться, если бы он не геройствовал. Можно смеяться над макаронниками - но их линкоры всегда возвращаются. Возвращаются и остаются грозной силой, которую должны учитывать англичане. "Бисмарк" - не вернулся. Мы потеряли силу, англичане обрели победу. И силу. Они могут позволить себе разменивать корабли один к одному, а мы нет.

Свой план я основывал на данных штаба группы "Норд", которые, как потом выяснилось, оказались неверными. Радиомачты передающего центра Диксона были замечены по пеленгу 342 градуса в 23.34. В 23.44 стали видны и береговые постройки на острове. По данным штаба - на острове имелся гарнизон численностью 62 человека, с одним ручным пулеметом. Я решил обогнуть остров с запада и заблокировать южный выход из гавани. Приблизительно в 00.30 сигнальщики с дистанции 4000 метров обнаружили в порту 3 корабля. Один из них был по всей видимости ледоколом типа "Таймыр", а другой танкером. Я решил, что в первую очередь следует потопить русские пароходы. В 00.37 заговорили орудия "Адмирала Шеера". Первыми залпами нам удалось повредить русский ледокол, но тот ответил из своих орудий и стал ставить дымзавесу, тогда я приказал перенести огонь на другие суда, решив, что с русским вооруженным пароходом разберемся чуть позже. Мы добились нескольких попаданий в танкер и второй пароход, и даже сквозь поставленную дымзавесу было видно, как русские суда охватило пламя. Все это время, русский пароход мог безнаказанно вести по нам огонь. Русским удалось добиться четырех попаданий снарядами малого калибра, но два из них пришлись в броневой пояс, а два других незначительно повредили надстройку. К сожалению, мне не удалось завершить начатое, так как в 00.43 открыла огонь молчавшая до того береговая батарея русских. Судя по всплескам, огонь вели орудия калибром свыше 138 мм, число орудий в батарее определить не удалось, так как орудия по всей видимости стреляли поочередно. Первый выстрел русских лег с перелетом в 500 метров , затем был недолет метров 200, в 00.44 в "Адмирал Шеер" попало 2 снаряда, один из которых повредил 150-мм орудие левого борта, я принял решение временно выйти из боя, и 00.45 мы легли на обратный курс. За время огневого контакта было израсходовано 25 280-мм, 21 150-мм и 32 105-мм снарядов.

Наличие береговой батареи у русских, напрочь перечеркивало первоначальные планы. Местоположение батареи было неизвестно, точное ее вооружение и сектора обстрела тоже. Я решил, что будет правильным, вскрыть всю огневую систему русских, для чего приказал обойти весь остров кругом, обстреливая все замеченные береговые сооружения, с целью вызвать огонь на себя. Орудия корабля открыли огонь в 01.17. За десять минут мы уничтожили сигнальный пост русских на Медвежьих островах израсходовав 226 105-мм снарядов и 76 150-мм. В 01.30 мы полностью разрушили русский радиоцентр, уничтожив и здания и 4 радиомачты из 6. В 01.47 справа по борту было обнаружено здание напоминающее военную казарму и открыли по нему огонь. Примерно через минуту или две мы попали под огонь двух русских береговых батарей - одной калибра приблизительно 75 мм, а другой калибра 150 мм. Из-за пожаров в порту и на берегу, засечь вспышки русских орудий не удалось. После того, как в 01.57 русский снаряд попал в ангар с гидросамолетом и вызвал там пожар, я приказал выходить из боя. Расход боеприпасов при стрельбе по радиоцентру и борьбе с батареями русских составил 52 280-мм и 24 150-мм снарядов. Мы отошли 20 узловым ходом в море, и экипаж стал устранять повреждения, а я анализировать добытые таким нелегким трудом сведения.