— Беги к себе, сынок, — произнесла она.

А через несколько секунд хлопнула дверью.

Моё мелкое тело ещё некоторое время напряжённо сидело под скатертью, а затем решилось осторожно выглянуть наружу.

Я увидел пустой коридор.

Тело быстро вынырнуло из своего укрытия и, резвым шагом поспешило прочь. Хм… идёт, прислушивается, приглядывается!

Упс! Впереди служанки!

Тело умело спряталось за большой вазой и подождало, пока щебечущие бабы пройдут мимо.

Мелкий-я продолжил путь.

Я-взрослый же пытался осознать увиденное. Итак, Валентина пришла к Константину на серьёзный разговор… Правда, похоже, пыталась сделать это ненавязчиво. Но у неё не получилось, ибо император сразу начал наглеть.

Затем она ощутила меня… мелкого-меня и кого-то ещё. Я на сто процентов уверен, что в самом деле, кто-то четвёртый присутствовал при этом разговоре. Но он сбежал.

Хм… А может, меня она почувствовала позже? Только тогда, когда подошла к столику?

Ну и после этого решила обезопасить сыночка. А потом, может быть, ненавязчиво продолжит свой допрос? Прямо сейчас, может быть, беседует с Константином?

Но вряд ли он что-то ответит. Он явно был рад тому, что удалось сойти со скользкой темы и инициировать более интересное времяпрепровождение с женой.

И всё же… Способностей моего мелкого тела здесь не хватило, чтобы прочувствовать Сосредоточения и контуры Константина. А было бы любопытно узнать, что с ними не так. Что именно имела в виду Валентина? И что за бред насчёт того, что Константин I не делает плохого? Любящая женщина не видит зла, которое творит её мужчина, и всячески оправдывает возлюбленного?

Или же на самом деле…

Поток моих мыслей прервал вихрь страха и ужаса, забушевавший внутри мелкого тела Максимки.

— … Я поняла тебя, — услышал он властный женский голос. — Сделаю. Договорились. А теперь ступай, мне нужно до вечера привести себя в порядок.

Мелкий-я нервно крутил головой по сторонам. Как назло, мы оказались сейчас посреди перехода-галереи, в которой кроме красивых ковров на полу, картин да окон на стенах, ничего не было.

Спрятаться негде!

А впереди зал, откуда и доносился этот разговор.

Стоп! Цокот каблуков из зала движется к нам.

Мелкий-я развернулся и бросился со всех ног бежать обратно. На выход из галереи.

— Ты⁈ — раздалось возмущённый крик позади.

А в следующий миг меня впечатли лицом в дорогой ковёр. Цепкие, напитанные покровом пальцы, впились в мою шею.

— Говори, щенок, что ты услышал⁈ — зашипела мне на ухо разъярённая женщина.

Мелкий-я, полагаю, сразу её узнал. А вот я настоящий только-только смог вспомнить, кому принадлежит этот голос.

Первой жене императора Константина — Арине. Единственной вдовствующей императрице, которая жива в моём настоящем времени. Биологической матери Сашки и Алексея.

— Ничего! — крикнул мелкий-я. — Ничего я не слышал! Отпусти меня, вредная баба!

— Да как ты смеешь так разговаривать с матерью, а⁈ — выкрикнула она и с размаху треснула меня лицом о ковёр.

Вот же сучка! Если бы я сейчас мог управлять своим телом…

Хотя вряд ли бы я что-то смог ей противопоставить в теле ребёнка.

Но всё-таки, если бы настоящий я сейчас убил её бы? Реальность бы изменилась?

— Говори, крысёныш, что именно ты слышал? — выпалила она, чуть подняв мою голову и впившись в меня яростным взглядом.

— Не обзывайся! Я — сын своего отца и матери, а не крысёныш! — скривился мелкий-я.

— Ерепенишься, мерзавец⁈ Знай, подслушивать нехорошо! Сейчас мамочка тебя научит хорошим манерам!

Рывком она подняла моё мелкое тело с ковра. Омерзительно ухмыляясь, первая жена императора уставилась на меня, а затем замахнулась.