Я вместе с отрядом скрытников наведался в этот штаб с ответным визитом. Я сам переоделся и щеголял в чёрных одеждах без знаков отличия. Эдакий шиноби.

Но, а дальше кого-то мы почикали, кого-то, вместе с трофеями и носителями информации, прихватили с собой, когда сваливали. Мы покинули штаб, устроив в нём погром и пожар, прежде чем туда явилось подкрепление. Устраивать очередную массовую экзекуцию я совершенно не желал. После двух масштабных атак по площади я и так еле-еле стоял на ногах.

Да, забавные ощущения — я перегоняю энергию-опыт в энергию постоянную, тем самым восстанавливая энергетические запасы. Но! Всё это довольно утомительно в таких объёмах. Вот и получается, что я такой красивый с полным Сосредоточением, но с перетруженными энергетическими контурами.

В теории я могу выровнять свои контуры Семейным Даром. Но беда в чем — используя Дар, я тоже напрягаю контуры! Короче это превратится в долгий и нудный процесс, в ходе которого сожжётся уйма энергии-опыта, которую, лучше потратить на собственное развитие.

Вывод? Массово нагибать многочисленных врагов я уже могу, почти как в былые времена, но это сильно утомительно, вредно для здоровья и расточительно. А если среди врагов будет несколько Богоподобных, то и вовсе у меня возникнут сложности. Это сегодня под два моих масштабных удара попался лишь один Богоподобный. Он сопровождал принца. И…

Сбежал.

Но хорошо то, что хорошо кончается. А эта битва явно закончилась хорошо.

— Папа, Коля! — наплевав на то, что вокруг свои и чужие гвардейцы, герцогиня Светлана Ивановна Анжуйская-Захарова бросилась обнимать двух мужчин. Её отец и старший брат устало улыбнулись, обняв девушку с двух сторон. Иван и Николай Анжуйские-Захаровы стояли гордо, как и подобает высшим аристократам.

Правда лица их были измождёнными, щёки впалыми, а фигуры тощими, как у черенка лопаты.

— Отец… Братишка, — поджав губы, к мужчинам подошёл Виктор и пожал поочерёдно руки обоим. Глава рода и наследник, улыбнулись ему и кивнули.

— Рада вас видеть, — проговорила княжна Ростова, а затем отвернулась и промокнула глаза от слёз. Заметив это, Виктор взял невесту за руку.

Сколько тепла, нежности и любви исходило от этих людей! Я явственно ощущал безумный коктейль этих прекрасных эмоций.

«Оппа, тебе нужно снимать передачу „Жди меня“, — изрекла Фая. — Ты помогаешь далёким близким снова воссоединиться! Может тебе нужно быть не Императором, а Министром Семейных Дел?»

«Нет такой должности», — усмехнулся я.

Раздувая вокруг себя пламя своего артефактного доспеха, я начал медленно «возвращаться в мир», плавно приближаясь к Анжуйским-Захаровым.

Заметив меня, глава рода перестал обнимать дочь, повернулся в мою сторону и поклонился в пояс. Вслед за ним поклонился и наследник.

Ну а после, склонились в поклоне все присутствующие, разумеется, включая гвардейцев.

«Привыкай-привыкай, — рассмеялась в моей голове Фая. — Ну или, когда станешь Императором, напиши важную бумажку, с запретом спины гнуть. Скажи, что не хочешь разговаривать с макушками, а хочешь видеть лица людей».

«Прекрасная мысль. Может мне тебя главным законотворцем назначить?»

«Назначь меня лучше Главой Министерства Дорамных дел, Высокой культуры, и интересных книжек. Ну и постпредом по интернет-мемам заодно».

Пока Фая придумывала себе должность с окладом в ежедневный центнер молока, герцог Анжуйский-Захаров-старший выпрямился и с достоинством произнёс:

— От всей души благодарю вас за всё, что вы сделали для моего рода, Ваше Высочества. Вы поистине достойный сын своего отца.

Он был преисполнен благодарностью ко мне. Я это чувствовал.