Даже оставляя по капельке, крупице от переданной силы, я становился невообразимо могущественнее. Как и мои последователи, с каждым саном получающие все больше власти и энергии. А настоятельница Пылающего ордена, Мария фон Эрталь, фаворитка и наложница, изначально не имевшая никакой предрасположенности к волшебству, стала магистром.

— А что с Эвой? — как бы невзначай спросил Вольха, когда мы спустились с укреплений в скромный тронный зал Рубежа. Длинный широкий стол был заставлен весьма простой снедью. Все украшения каменной комнаты сводились к жаровням и гобеленам с вышитым золотым солнцем. — Я надеялся повидаться с ней. К тому же прошел слух, что она готовит отряды воздушных драконидов и гарпий для борьбы с дирижаблями.

— Неужели влюбился? В мою рабыню? — ехидно поинтересовался я. — Или это заинтересованность как сестрой морфом?

— Безусловно второе. Я бы не посмел посягать на вашу собственность. — Учтиво поклонился оборотень. Но в его глазах я заметил грусть и надежду. Дьявол, как же легко приписать себе то, что услужливо разжевывает и показывает интерфейс.

— Она не моя рабыня. И ни чья более. — Строго сказал я. — Вскоре она будет здесь. С летучим отрядом. Так что все в твоих руках. Но не говори, что я тебя не предупреждал, если своим поведением или намеками оскорбишь драконидку. Когда она в ярости, даже мне страшновато с ней общаться. Все же не так давно она меня чуть не прикончила.

— Разве это возможно? — с удивлением посмотрел на меня Вольха. — Прошу прощения за глупый вопрос, но вы же первый после бога!

— Верно. Но так было не всегда. А в силе Эвы сомневаться не приходится. Она пережила пытки инквизиции, принудительный морфизм, выход из-под контроля источника…

— Не думаешь, что обидишь ее таким отношением? — спросила вполголоса Малуша, сидящая у меня по правую руку. За торчащие из спины зеленые ветви — крылья и огромную Связь со всем живым ее уже прозвали «ангелом природы». — Не подумай, я не против, что очередь в твою постель хоть немного сократится, но все же.

— Она взрослая девочка, и сама сможет решить этот вопрос. Захочет начать с ним отношения — начнет. Захочет отшить — так и скажет. — Улыбнулся я дриаде. — Но одно точно, сейчас у меня уже достаточно сил и умений, чтобы разорвать порочные узы и освободить их всех.

— А как же рабство ради спокойствия и уверенности в верности? — удивленно подняла бровь Джи.

— Они останутся моими жрицами и послушницами. Этого вполне достаточно, чтобы быть уверенным в их преданности и соблюдении договоров и законов. — Решительно проговорил я. На самом деле решиться на столь радикальный шаг оказалось куда тяжелее, чем я представлял. Закономерные сомнения терзали меня, относительно подчинения крысолюдки Кахоши. Да и верховной жрице ящеров я не особенно доверял.

Однако сбросив с души узы, мне внезапно задышалось так легко, словно я снял пудовый металлический доспех, который носил многие месяцы. Еще не успев опомниться от счастья, я получил сразу десяток сообщений. Все девушки, кто в панике, кто удивленно — спрашивали, что случилось. Ответом же им стало простое — «все хорошо, вы свободны». Вот только хорошо все не было.

Упав на пол, Буланская скорчилась от боли.