Богомолов замолчал и посмотрел на Лаврова, ожидая, по всей вероятности, очередных вопросов.

— Вы знаете, Богомолов, но жена Корнеева ничего мне не рассказывала ни о машине, ни о коттедже? Вам не кажется это странным?

— Её понять можно. Она просто напугана всем этим. Я два дня назад видел машину Корнеева. На ней теперь ездит Канадец, это один из ближайших людей Жана. А вот что с коттеджем, я сказать не могу. Я не удивлюсь, если дом и машина сейчас находятся в личной собственности Жана. Вы же сами великолепно знаете, как это всё делается. Пишется генеральная доверенность на управление имуществом с правом продажи. Всё это можно оформить в течение двух дней при наличии своего нотариуса. Так что, проверьте, кто теперь является собственником машины и коттеджа, и всё сразу встанет на свои места.

— Если я тебя правильно понял, то ты считаешь, что его могли убить люди Жана?

Он испуганно посмотрел по сторонам, а затем, понизив голос до шёпота, сказал:

— Заметьте, я Вам этого не говорил. Вы сами догадались об этом.

— А что Вы так испугались? Можно подумать, что Вы открыли для меня военную тайну. Я это знал и без Вас. Просто Вы лишний раз подтвердили мне мою версию.

Лавров явно блефовал, говоря о том, что он знал весь этот расклад до Богомолова. Просто он понял, что тот испугался, что наговорил ему лишнее.

— Может это и так, но я просто не хочу оказаться на ножах ребят Жана. Зачем мне лишние проблемы?

Он допил свой остывший кофе и посмотрел на часы, давая понять Лаврову, что у него больше нет времени вести эти разговоры дальше.

Лавров встал из-за стола и, пожав руку Богомолову, направился к выходу. Вслед за ним кафе покинул и Богомолов.

Утром Лавров снова был на рынке Приволжского района. Он быстро нашёл нужную ему палатку и подошёл к продавщице.

— Здравствуйте. Извините, Вы вчера пообещали мне принести джинсы «Монтана». Вы принесли их?

Продавщица внимательно посмотрела на него, а затем нагнулась и достала из сумки джинсы. Павел взял джинсы в руки и стал их внимательно рассматривать. Так и есть, джинсы полностью совпадали с теми, которые так долго разыскивал Лавров. Действительно, на клёпке джинсов была выбита пятиконечная звезда.

— Скажите, чьи это джинсы? Я имею в виду, чьё производство?

— Это американские джинсы, — коротко ответила она. — Вы будете брать джинсы или нет?

— Скажите, а кто Вам поставляет эти джинсы? — поинтересовался у неё Павел.

— Тебе это зачем? Или бери штаны, или проваливай отсюда. Ты кто такой? Ты что здесь всё ходишь, вынюхиваешь, — стала шуметь она, привлекая к себе внимание других продавцов.

Моментально около них образовалась толпа зевак.

— Ты что орёшь? — грубо ответил ей Лавров. — Хочешь со мной поговорить? Давай, поговорим!

Он молча достал из кармана своё удостоверение и протянул его женщине.

— Я из уголовного розыска. Кричать и шуметь не рекомендую.

— Ты что мне суёшь свою корочку? Мне плевать на неё хотелось. Что ты мне можешь сделать? Может, в тюрьму посадишь?

— Будешь орать, суток пять ареста получишь. Мне наплевать кто ты, женщина или мужчина. А сейчас быстро собирай весь свой товар, закрывай палатку и поехали со мной в милицию. Не заставляй меня применять в отношении тебя силу.

Женщина замолчала и стала быстро складывать свой товар в сумки. Заметив на рынке знакомую, она попросила её присмотреть за товаром и молча последовала за ним. Павел завёл её в административное здание. Увидев открытую дверь, он заглянул в помещение.

— Здравствуйте, я из милиции. Вы не подскажете, где я могу поговорить с человеком?

Из-за стола поднялся мужчина и направился к нему.