Пета вспылила. Он говорил с ней, как с ребенком, которого легко задобрить конфетой!

— Думаешь, для меня важно, победим мы или нет? И с каких пор Сэм Мерридью стал «хорошим парнем»? В прошлом сезоне у тебя не нашлось для него доброго слова, ты говорил, что он никудышный спортсмен и немного хам! А теперь ты готов спихнуть меня ему!

— Ну, это не обязательно должен быть Сэм…

— Только для успокоения твоей совести! — перебила его Пета, не чувствуя ничего, кроме презрения. — Тебе никогда не приходило в голову, что мне важно плыть с тобой? Что я так ждала регаты только потому, что знала, как много она для тебя значит? То есть думала, что знала! Ты изменился еще сильнее, чем я думала!

Лицо Майка было кирпичного цвета.

— Ради всего святого! Лориол сказала, что ты разозлишься, и, похоже, она была права! Тогда пусть будет по-твоему, если тебя это так расстроило. Я поплыву с тобой, Лориол придется только смотреть.

— О нет, не придется! — На помощь Пете пришла гордость, и девушка уже сожалела о том, что так явно показала обиду и разочарование. — Теперь ничто не заставит меня плыть с тобой!

— Наверное, ты думаешь, что я гнида? — мрачно спросил Майк.

— Нет. Только идиот. — Голос Петы дрогнул против ее воли. Сейчас или никогда. — Майк, я знаю, что ты с ума сходишь по Лориол. Но разве тебе не хватает соображения понять, что на самом деле ты для нее никто? Она… она просто использует тебя, чтобы добиться своего!

Пета поняла, что высказалась неудачно. Только привела его в дикую ярость.

— Интересное замечание. Но немного неуместное, моя дорогая! Ты должна вести себя поосторожнее, прежде чем бросать такие обвинения. Я влюблен в Лориол, да. Но у меня нет причин сомневаться в том, что скоро она ответит мне взаимностью!

— Не ответит! Она…

Пета замолчала. Она собиралась сказать: «Лориол влюблена в Николаса», но тогда Майк обязательно спросит, откуда ей это известно. А она пообещала Лориол, что никому не скажет. Пета прикусила губу. На мгновение девушка испытала огромный соблазн. Но только на мгновение. Она еще ни разу не нарушала обещаний.

Майк повернулся и зашагал прочь. Пета смотрела ему вслед. Это была их первая ссора за все годы дружбы.

— Эй! В чем дело, моя дорогая? Выглядишь так, словно потеряла шиллинг, а нашла шесть пенсов!

Стивен! Пета посмотрела на его приятное, некрасивое лицо с насмешливым ртом и проницательными глазами. Она поняла — Стивен догадался о ее ссоре с Майком и очень сочувствует. Да, ей станут сочувствовать все, когда узнают о регате. «Как-то придется, — мрачно сказала она себе, — дать всем понять, что мне безразлично».

В конце концов ей помог Ричард Мэйн. Когда Пета в очередной раз приехала в больницу, он сообщил, что, если и дальше будет выздоравливать такими темпами, то, возможно, в следующую субботу или воскресенье его выпишут.

— Тогда я отвезу вас домой, — тут же предложила Пета. Только потом она вспомнила о регате и поняла, что ей бросили спасательный леер.

Лицо Ричарда, на котором за последние две недели заметно прибавилось морщин, просияло.

— Очень мило с твоей стороны, моя дорогая. Но в субботу днем? Ты уверена, что не хочешь заняться чем-нибудь другим? У тебя так мало свободного времени, а ты тратишь его на меня!

— Я не стану заниматься ничем другим. Я хочу отвезти вас домой.

По крайней мере, печально подумала девушка, у нее будет готовый ответ для тех, кто захочет знать, почему ее нет на регате с Майком.