– Так странно, - тихо сказал принц, отстранившись. - В тот первый деңь,когда я увидел тебя в «Гранях», ты показалась мне почти безобразной… А cейчас, чем больше я смотрю на тебя, тем прекраснее нахожу… Почему? И это странное           чувство… голод, Ви… Но я не голоден,да и ты не человек. Почему я ощущаю это?

   – Я не знаю, мой принц, – слова звучали глухо, но на удивление спокойно.

   – Да, ты определенно красива, Ви, – задумчиво сказал принц, наклоняясь ниже. – И то, как Вершитель смотрел на тебя… Ты запомнила его последний взгляд? Запомнила? В нем были… чувства? Он верил тебе, дорогая. Верил вплоть до того, как ощутил холодную сталь в своем сердце. Изумительно…

   Он прошептал последнее слово, а я рассмеялась. И смеялась,  пока на глаза не выступили слезы.

   – Да, – сказала я, вытирая ладoнью лицо. На пальцах все ещё была ЕГО кровь. – Изумительно, Алесс.

   Плохо помню, как оказалась в своей комнате. Смутно, как Кайра чем-то поила меня. Ни слова из того, что она говорила, но выглядела Всполох испуганной.

   – Кайра, одевайся, – сипло велела я.

   – Что? Ви? Ты… пришла в себя? Извечный, ты меня жутко напугала…У тебя было такое лицо…

   – Тихо, - приложила я палец к губам. – Идем в сад.

   Я не знала, есть ли в Энфирии подслушивающие устройства, но решила не рисковать. Заставила девушку одеться и вытащила к деревьям.

   – Прямо сейчас  ты покинешь дворец. Иди к зданию Лиги… нет, – я задумалась. Лига oтказалась от Влада. Гады. Надо их тоже взорвать. Ага, запишу себе в ежедневник прикупить пару кило тротила. - Так, у тебя есть бумажка?

   Кайра торопливо достала из сумочки блокнот. Розовый. Вот же… Всполох!  Я покусала фломастер и быстро написала: «Привет из бассейна в форме четырехлистника. Северный склон. Поторопись».

   – Что это значит? – не поняла Кайра.

   – Не важно, - отмахнулась я. – Купишь булку и начнешь приманивать птиц. И показывать им эту надпись, поняла?

   – Птицам? - девушка окинула меня красноречивым взглядом.

   – Да! – рявкнула я. – Птицам! Голубям, воронам, чайкам и даже пингвинам , если встретишь!

   – Пингвин не птица, - возразила Кайра.

   – Я тебя сейчас грохну, - пообещала я. – Иди. Ты обещала мне вернуть долг, Кайра. Этот момент настал. Иди. Птицам. Всем.

   Ничего не понимая, девушка,тем не менее, кивнула и унеслась, придерживая сумочку и сжимая в руке бумажку. Я села под Шинтрамом, облокотилась на ствол. Что ж, я сделала все, что смогла. Οстается лишь молиться, чтобы я не ошиблась.

   – Хреновый денек, – пожаловалась я белке, что смотрела сверху испуганными черными глазками. – Хотя о чем я?  У тебя тут крокодил пасется. Ты того… поостoрожнее, подруга. А то будешь как я.

   На этой прекрасной мысли сознание меня покинуло.

   Человечество сильно переоценивает стоимость этой эфемерной субстанции, и не надо быть дьяволом, чтобы понять: каждому найдется,  за что отдать ее. Серьезно, если бы рогатый поставил где-нибудь стол и вывеcил объявление: «Меняю душу на исполнение одного желания!», к нему выстроилась бы очередь численностью в семь миллиардов человек. Дьявол сдох бы от переработки. Потому что каждый человек рано или поздно сталкивается с тем, что оказывается ценнее его души.