Солнце ещё светило высоко, до заката далеко, но судя по громкой музыке и обилию прохожих, тут веселятся всегда, независимо от времени суток.

Баха шёл прямо, кивал прохожим, видно он тут частый клиент, ему отвечали и с опаской косились на меня. Наверно потому что я была одета в форму рахуши его дома и имела не самый чистый и свежий вид после активных тренировок. Дошли мы до большого шатра, Баха грубо взял меня за локоть, буквально втолкнул внутрь и потащил к золотистому диску, сильно смахивающему на сцену.

Я недоумённо осматривалась, не тот ли это шатёр, где я танцевала перед Доргу? Кто знает… может они тут все одинаковые. Баха поставил меня на этом самом диске и сделал шаг вперёд, вокруг нас образовалась тишина.

– Элина, рахуша, победительница Осенних игр и прочее, и прочее, – показал он на меня. – Десять монет за ночь.

Я изумлённо открыла рот и посмотрела на своего хозяина. Вот козёл! Он решил сделать из меня проститутку, да какую! Десять монет!

«Любишь трахаться? Сегодня тебя оттрахают так, что никакой лекарь не сможет помочь» – прокомментировал он.

Кровь застыла у меня в жилах. Я в ужасе осматривала шатёр, заполненный мужчинами, и даже не представляла, что можно было сделать в этой ситуации.

«Доигралась, грязная лоши» – прошипела Таха в моей голове, и возразить ей было нечего. Доигралась – факт. Я была готова к наказанию и ещё одному шару, но не к этому.

– Против группы ничего не имею против, – добавил Баха и окончательно меня добил.

– Я тебя убью, – прошипела я.

– Не сможешь… рини, – добавил он ухмыльнувшись.

Вот только желающих купить несчастную рахушу не наблюдалось. Все смотрели на меня, но молчали.

– Баха, Элина рахуша Доргу, – наконец сказал один из мужчин.

Баха развернул меня спиной и разорвал на спине тунику, показывая всем свою печать.

– Откуда она у тебя? – спросил кто-то.

– Нашёл. Ну, так кто желает попробовать эту рахушу с благородной кровью? – спросил он, разворачивая меня к публике, но те молчали, а кто-то неодобрительно качал головой. – Пользуйтесь… я же помню, как вы торговались и предлагали немыслимые деньги всего за час с ней, вот, берите, трахайте! – гневно выкрикнул Баха и толкнул меня в спину. Я чудом устояла на ногах и не свалилась с диска в зал.

– Баха, на Элине твоя печать, но она не принадлежит тебе, – сказал мужчина, сидевший в дальнем тёмном углу, поднялся и вышел из шатра. Вслед за ним ушли ещё несколько. Остальные недовольно смотрели на Баху и сочувственно на меня.

Кто-то подошёл вплотную. Я гневно сжимала губы и из-за всех сил пыталась сдержать слёзы. Моргнула, и те всё-таки покатились по щекам.

– Я был лучшего мнения о тебе, Баха, – тихо произнёс мужчина. – Элину никто не станет покупать.

– Ты не все, – в тон ему ответил Баха.

Мужчина покачал головой.

– Доргу три дня назад обнародовал разрешение суда на брак с этой рахушей. Никто не станет идти против него в угоду твоей мести. Элина принадлежит Сахпорнулу и не важно, чья печать на ней.

– Тогда её проще убить, – прошипел Баха. – Я дал этой лоши неограниченный кредит, а она всего за один вечер купила трёх драконов и отдалась кому-то!

Мужчина скривился, видимо от любимого оскорбления Тахи.

– Продай её мне.

– Продать? – усмехнулся Баха.

– После недавнего скандала на арену ты её выставить уже не сможешь, твой Роху взбаламутила наверняка… зачем тебе эта обуза пусть и с благородной кровью?

– Она стоит очень дорого, Гоши, у тебя нет столько, – рассмеялся Баха.