– Я не умею читать мысли, Доргу, – резко ответила я и отстранилась от руки, которая продолжала меня гладить. – Ты меня тоже не радуешь своим вниманием, и в чём моя вина, не понятно.

– Тебе известна причина, – холодно сказал он. Я закрыла глаза, чувствуя, как к горлу подступают слёзы.

– Ты же знаешь, я не могу с этим ничего поделать. Зихку не знает, его ведьма тоже, а Сан… пусть он и уехал на некоторое время, но даже сквозь расстояние я чувствую его желание вогнать мне нож в сердце, – прошептала я, очень стараясь подбирать слова. У нашего разговора был свидетель, и если Доргу в принципе не слишком разговорчивый, то мне стоило следить за своими словами.

– Знаю, рини.

Доргу притянул меня обратно к себе и положил мою голову к себе на колени. Стёр предательскую слезу со щеки.

– Мы найдём способ, ты останешься со мной.

– А смысл мне оставаться, если ты трахаешь эту суку, – огрызнулась я, быстрее, чем подумала. – Прости, я больше не буду говорить об этой рахуше, чтоб её убили сегодня…

Доргу тихо рассмеялся.

Проклятый мир… у них тут вообще нет понятия верности? Если у тебя между ног болтается член, то ты можешь иметь женщин в неограниченном количестве и это нормально? Ведь пусть Доргу и понимает причины моей ревности, но меняться не желает.

Дорога до Пориса была утомительной. И не скажу, что долгой, мы выехали сразу после рассвета, а прибыли за час до полудня, но по окончании нашего разговора, в повозке не было произнесено ни слова. Странно. Мне казалось, что мару и наставнику есть что обсудить, но нет, значит, нет. Я отлежала себе спину ещё час назад, но подниматься с колен Доргу упорно не хотела. Закрыла глаза и наслаждалась его нежными руками. Ему определённо нравились мои губы, движения были задумчивы и не осознанны, но раз от раза он возвращался к ним.

– Эли, вставай, – вдруг сказал Доргу.

– Приехали?

– Да. Слоу, рахушь проводишь сам, я Элину посажу на её место и спущусь.

Наставник коротко кивнул. И как они определяли, что мы прибыли, не пойму, повозка всегда шла ровно и разницы между движением и отсутствием такового я не чувствовала. Слоу поднялся со своего места и пошёл на выход. Открыл дверцу и направился к кибитке для рахушь. Выпустил их на волю и осмотрел скептическим взглядом. Те не претерпели особых изменений за время путешествия – такие же деловые, а у Дары полный превосходства взгляд.

Я ухмыльнулась.

– Очень интересно будет посмотреть на тебя на арене, – сказала я. – Интересно и забавно…

– Эли, – позвал меня мой хозяин и обнял за талию. – Налюбовалась?

– Вполне. – Я подняла руки, обняла Доргу за шею и притянула к себе. Поцеловала и улыбнулась, почувствовав ответ.

– Люблю тебя, – прошептала ему на ухо и посмотрела через большое плечо в глаза Даре. Та была зла невероятно.

– Рини, сама пойдёшь, или тебя отнести на руках?

– А можно на руках? – изумилась я. Доргу покачал головой, снял с себя мои руки и повёл к арене.

Почему-то мы остановились не у самых стен, как обычно, а на довольно приличном расстоянии, так что новое сооружение можно было оценить со стороны. Ну что можно сказать… Доргу был прав, в новой арене не было ничего примечательного. Высокие каменные стены были серыми, а толпа людей у подножья – пёстрой. Мы дошли до одной из многочисленных арок, протиснулись через толпу, Доргу видно не привык пользоваться общими входами и пёр как танк, поднялись по широкой и наверно красивой лестнице, опять же из-за обилия людской массы я ничего кроме мраморных стен не увидела, и вышли к зрительным местам над ареной. Ого, сколько мест! Я, в отличие от прочих рахушь, не могу похвастать большим количеством боёв, была только в Рохнессе два раза, и оба сражалась с драконами, и на Осенних играх, и снизу с арены зрительские места казались морем! Нет, то, что я видела перед собой сейчас – на море не тянуло, скорее океан.