От обрушившихся на спину чудовища шквала ударов, плоть существа мгновенно взорвалась бесчисленными кровавыми брызгами, но в следующий момент прилетевшая под неестественным углом рука монстра отбросила сахиира в сторону. От чудовищного по своей силе удара, одарённый мужчина со скоростью пули врезался в крупный ствол одного из деревьев, пробив его своим укреплённым живицей телом насквозь. Лесной гигант с натужным скрипом и хрустом начал заваливаться набок, а сахиир, который за свою жизнь встречался и не с такими грозными противниками, потрёпанный, слегка раненный, но всё ещё способный дать бой чудовищу, пару раз ударившись и отпрыгнув от земли, пришёл наконец в себя и извернувшись в воздухе, приземлился прямо на огромный валун.

Он практически тут же отпрыгнул от него, с и приземлившись, рванулся вперёд с максимально возможной для себя скоростью, устремившись прямиком к своему противнику. Ведь, пусть он был уверен, что его ученики, уже успели убежать достаточно далеко, его битва ещё только начиналась.

В других условиях, и с другим монстром, даже куда как более слабым, Рамазан, будучи опытным сахииром, предпочёл бы немедленно отступить, если конечно уничтожение монстра не было бы приоритетной задачей поставленной перед ним миссии. Однако в нынешнем случае, им не посчастливилось нарваться не на кого-нибудь, а на кушкафтара, и более того, эта тварь успела вступить в ментальный контакт с Айшей.

Теперь разум его ученицы словно бы маяк притягивал монстра, который по этой ментальной связи, будет идти за своей добычей, словно голодный лютоволк по кровавому следу подранка. И хуже всего то, что разорвать эту невидимую нить, можно только убив чудовище. Или его ещё не состоявшуюся жертву. Что для Рамазана было неприемлемо.

Но только для Рамазана, а не для Совета Старейшин, которые вполне могут пойти на такой шаг если появится подозрение, что кушкафтар может обнаружить их Тайный Аул. Ведь, пусть эти монстры не особо умны, но доподлинно известно, что то, о чём знает один из них, знают и все остальные. И в прошлом, далеко не одно селение как основанное одарёнными, так и простецами, просто потому, что убив одного кушкафтара были неготовы последующему настоящему нашествию подобных тварей.

Проскользнув по взмахом огромной ручищи чудовища, Рамазан нанёс несколько ударов клинками, а затем резко крутанулся, не только попытавшись подрубить подколенное сухожилие на ноге монстра, но и выпуская сразу целый вихрь острых серповидных лезвий, созданных его «эго». К сожалению псевдо-сталь, хоть и посекла чудовище, но как и обычное оружие, даже накаченное живицей, оказалось не эффективно простив казалось бы дряблой и обвисшей шкуры кушкафтара. А потому увернувшись от ноги, которая словно колонна обрушилась на него сверху, в попытке раздавить сахиира, вызвав настоящую дрожь, прошедшуюся по земле, мужчина, метнул один за другим оба своих клинка в прямиком в морду чудовища.

Бешено вращающиеся мечи, так и не достигли своей цели, потому как гигантская старуха ловко прикрыла своё лицо предплечьем, но Рамазан и не рассчитывал на успех, а сделал это только для того, чтобы отвлечь тварь и быстро разорвать дистанцию. К сожалению, стихия металла в том виде, в каком она образовывалась в «эго» его клана, из-за особенностей их живицы, вообще не очень подходила для сражений с чудовищами. Впрочем, издревле поколения Авшалумовых славились на весь их Тайный Аул в первую очередь как великолепные сахииры снискавшие себе славу в боях против других сахииров, характеринков, казаков, магусов и даже далёких северных чародеев. Как бы эти одарённые люди сами себя не называли Однако, это совсем не значило, что у такого опытного воина как Рамазан Авшалумов, не было в рукаве пару хитростей, способных помочь ему победить кушкафтара.

Ещё не успев приземлиться, сахиир тут же вновь отпрыгнул назад, но на этот раз вложив в ноги как можно больше живицы и взмыв по высокой дуге, совершив обратное сальто, встал ногами на ствол ближайшего дерева, ещё в воздухе складывая руками очередную цепочку.