В субботу Доктор Ночь давал дневное представление, но Мориарти все же успел провести с ним два часа после ланча. Вернувшись на склад, он заперся в апартаментах и еще два часа просидел перед зеркалом с гримировочными материалами. За это время Профессор несколько раз очищал лицо и заново накладывал краски и парик, пока не добился наконец желаемого результата. Помогало то, что Доктор был примерно одинакового с ним сложения. Мориарти считал, что уже может выдать себя за знаменитого иллюзиониста и обмануть всех, кроме разве что матери мистера Уозерспуна.

Около семи Бриджет принесла ужин — холодное мясо, пикули и эль. Ел Профессор рассеянно; голова гудела от мыслей, а мысли кружили вокруг плана и его осуществления.

В восемь к нему явился заметно встревоженный Паркер.

— Они повсюду, Профессор, — выдохнул он с порога.

— Кто? — Мориарти живо вскинул голову.

— Пилеры. Их здесь полно, этих свиней. В пивных, на улицах. Выведывают, спрашивают про вас.

Мориарти почувствовал, как по шее пробежал холодок.

— Уверен?

— На все сто. Парочку сам видел. Мне их вопросы не нравятся.

— И что они узнали?

— Ничего. Вы же знаете, Профессор. Здесь на вас никто не донесет.

— Кейт Райт сдала меня Грину. Могут найтись и другие…

— Не найдутся. Все знают, как она закончила.

Мориарти ненадолго задумался.

— Хорошо. Будь начеку и держи меня в курсе.

За последнюю неделю люди Паркера доказали, что кое-чего стоят. Они, правда, подвели его, когда просмотрели Грина и Батлера, позволив парочке пробраться на склад, но потом осечек уже не допускали и информацию давали точную. О том, что свиньи Кроу вышли на улицы, Мориарти узнал еще два дня назад, но так быстро они подобрались впервые.

Наверное, он слишком долго тянул с решением. Что люди Кроу нагрянут в ближайшие дни, представлялось маловероятным, но в течение недели базу менять придется и по крайней мере ближайшее окружение перебрасывать в Беркшир. Да и самому, возможно, потребуется затаиться на время. Но организация может работать и без него — в этом он убедился за время своего отсутствия. За порядком присмотрит Пейджет, да и Спир скоро придет в норму.

С Пейджетом он поговорит, когда тот вернется, а потом, завтра, приведет в действие весь план.

Пейджет явился в начале одиннадцатого с известием, что в Хэрроу все идет как надо.

— Я встретил Эмбера, — добавил он. — Похоже, полиция что-то разнюхивает.

— Пусть себе разнюхивают, — пренебрежительно отозвался Мориарти. — Пусть нюхают, пока сопли не потекут. Поговорим завтра. Если придется, переберемся в Беркшир. Там они нас не найдут, а когда все утихнет, мы вернемся. Обсудим это утром. Приходи с Фанни.

Заверения Профессора не рассеяли, однако ни тревожных мыслей, ни поселившегося в душе Пейджета беспокойства. Покоя он лишился раньше, а теперь в воздухе повисло что-то еще, что-то тяжелое и мрачное, и наигранное безразличие Профессора его не обмануло. Пейджет слышал кое-что об инспекторе Кроу и чувствовал — хозяин озабочен. А еще он знал, что и ночь не принесет облегчения. Скорее наоборот.

Проведя день на открытом воздухе, Фанни с непривычки устала и быстро уснула, а вот к Пейджету сон не шел. Проворочавшись пару часов, он все же задремал, но почти сразу очнулся. Шаги. Или только показалось? Рядом чуть слышно посапывала Фанни. Он прислушался — какие-то звуки доносились издалека, из других помещений склада.

Пейджет осторожно выскользнул из-под одеяла, чиркнул спичкой и посмотрел на часы — почти пять утра. Он натянул штаны, набросил рубашку, сунул ноги в ботинки, взял свой старый револьвер — после недавних событий постоянно лежавший заряженным у кровати — и вышел в коридор.