Когда они уже почти не помнили себя от страсти и не замечали ничего вокруг, рядом раздался знакомый голос:

— Веро, ради Бога, стой! — Из-за дуба вышел человек, преследующий волка. Он остановился, увидев Мириам и Риго.

— Кажется, я всегда мешаю вам, — натянуто улыбнувшись, сказал Бенджамин.

Глава 27

Риго встал, закрывая Мириам своим телом.

— У тебя не очень безобидное домашнее животное.

— Веро не сделает вам ничего плохого, — ответил Бенджамин.

Риго еще раз с опаской посмотрел на волка. Тот спокойно сидел рядом с Бенджамином, разглядывая новых знакомых внимательными глазами.

— Я рад, что ты вернулся домой, Бенджамин. Отец и Магдалена будут рады тебя видеть.

Риго вдруг подумал, что его брат очень изменился. Из открытого и доверчивого человека он превратился в сурового и замкнутого мужчину. «Это я виноват в этом».

Лицо Бенджамина по-прежнему не выражало никаких эмоций.

— Я тоже рад, что вернулся в Эспаньолу. Но я не собираюсь жить в одном доме со своей семьей. Кстати, где отец? Я хотел бы поговорить с ним обо всем.

— Аарон и Магдалена в холле, — вступила в разговор Мириам. Ей казалось, что краску, заливавшую ее щеки, было видно даже в лунном свете.

Бенджамин, словно только что вспомнив о Мириам, церемонно поклонился ей.

— Поздравляю с рождением сына, Мириам. Тебя тоже, Риго. — Он знал, что его голос звучит почти насмешливо, но, честно говоря, ему было все равно. Приказав волку сидеть смирно, он зашел в дом.

Мириам, опасливо косясь на волка, прижалась к мужу. Тот обнял ее, провел мимо Веро к противоположной двери, сказав:

— Поди приведи себя в порядок. А я постараюсь выяснить, что привело Бенджамина сюда.

Мириам медленно поднималась по лестнице и размышляла над происшедшим. «Что же теперь будет?» — не переставая спрашивала она себя.

Риго нашел Аарона, Магдалену и Бенджамина в библиотеке. Бенджамин что-то говорил, прохаживаясь по мягкому турецкому ковру. Он был вооружен мечом и кинжалом, как солдат, и в то же время в своей мантии был больше похож на богатого мирного горожанина. Солнце Италии и ветры Атлантики сделали его кожу темно-бронзовой.

— Итак, — продолжал Бенджамин, — агенты дяди Исаака провели полдня на пристани и узнали, что эта пиратская шхуна отправляется в Эспаньолу. Приехав сюда, я облазил весь Санто-Доминго, но не нашел никаких следов «Привидения». — Он сжал кулаки и сквозь зубы добавил:

— Господи, лишь бы Люк Бриенн не сделал ничего плохого Рани.

— Люк Бриенн? — переспросил Риго, переглянувшись с Аароном.

— Ты говоришь, что этого пирата из Марселя зовут Люк Бриенн? Я, кажется, знаю, где он прячет свою шхуну.

— Бриенн — ведь это с его людьми вы дрались у пещеры? — Лицо Магдалены потемнело. — Аарон, неужели эти люди как-то связаны с Марселем?

— Кажется, так, — задумчиво ответил Аарон. — Более того, мне кажется, что покушения на Риго и разбойничьи нападения на плантацию как-то связаны между собой и начало всему этому надо искать в Марселе.

— Бартоломео потребуется несколько дней для того, чтобы узнать как можно больше об Эльзоро, — нетерпеливо вставил Риго.

— О каких нескольких днях может идти речь, когда Рани у них в руках. Нельзя терять ни минуты.

Все трое внимательно посмотрели на Бенджамина, но первой заговорила Магдалена.

— Ведь эта маленькая цыганка много для тебя значит, так, Бенджамин?

— Я уже сказал вам — она спасла мою жизнь.