Раздвижную стеклянную дверь заело, так что я протиснулся между створками, преодолел короткий коридор и очутился в большом зале, уставленном… роботами!

Но не всякими крутыми боевыми машинами, как в японских мультиках или фантастических боевиках, а похожими на увеличенные игрушки. У большинства даже суставы не двигались — просто на подошвах имелись колёсики. Кажется, я видел подобных когда-то. Маленьких, конечно. На спине у них была скважина для заводного ключа. А шагали они, едва переставляя ноги. Советские мальчишки мечтали о таких, ведь стоили они недёшево — от двух рублей тридцати копеек до шести. Про трансформеров и мехов тогда даже не слышали.

Я шёл между рядами роботов с антеннами, круглыми глазами и гаечными ключами вместо кистей рук, с нарисованными на животах дисплеями и датчиками, прислушиваясь к сигналу, который испускал один из них. По большому счёту, несмотря на то, что большинство экспонатов были вариациями на тему одной базовой конструкции, создатели умудрились внести в их внешний вид относительное разнообразие. Причём не только в цветовой гамме. Были тут не только красные, белые, жёлтые и зелёные, но и металлические, сверкающие деталями приземистые роботы с короткими ногами и широкими ступнями, а также вообще безногие, с расширяющимся на манер квадратной юбки телом. И тоже на колёсиках, естественно.

Я шагал сквозь это великолепие, ориентируясь на исходившие от одного из роботов ментальные волны, пока не остановился перед большим красным экземпляром. С прозрачными глазами, похожими на велосипедные катафоты.

Бинго!

Тотчас второй висевший в воздухе кружок сменил цвет на зелёный, и раздался уже знакомый, искажённый помехами голос:

— Поздравляю! Вы нашли второго игрока!

Я услышал натужный скрип, сменившийся скрежетом. Не сразу сообразил, что это такое. Но уже через пару секунд понял, что внутри робота заводится пружина.

Первой мыслью было бежать. Вряд ли он догонит меня, если двигается так же, как игрушечный прототип. Но затем я почувствовал зарождающуюся в «сознании» красного здоровяка «мысль». Понадобилось приложить чуть больше усилий, чтобы прочесть её: ментальный барьер был выставлен посложнее, чем у олимпийского мишки.

Испепеление! Этот громила мог стрелять из глаз лазерами!

А ещё я понял, что слышу звук, исходящий не только из чрева стоявшего передо мной робота. Остальные экспонаты выставки тоже начинали скрипеть и щёлкать. Ещё немного, и я окажусь посреди кучи огромных игрушек!

Так, что же делать⁈ До выхода далеко, придётся бежать, огибая пришедших в движение здоровяков. Сколько из них умеют стрелять лучами смерти⁈

И тут я почувствовал, как робот сосредотачивается на движении ключа в своей спине… Ну, конечно!

Рванув в обход ступней, я оказался за ним и увидел вращающийся «ушастый» ключ — словно его крутила чья-то невидимая рука. К нему вели приваренные к ноге и корпусу робота лестницы. Видимые только с этого ракурса. Недолго думая, я начал карабкаться по ним и вскоре уже был рядом с ключом. Схватил его рукой, останавливая. К моему удивлению, ключ послушно замер. Но стоило его отпустить на мгновение, как вращение возобновилось. Ладно, значит, нужно вытащить. Ухватившись за ключ, я поднапрягся, сдвигая его с четырёхгранного штыря, уходящего в механизм. Ещё немного…

И вот железка со звоном упала на пол!

Тотчас в выставочном центре наступила тишина. Ментальные потоки растворились без следа. Теперь здесь были только старые разноцветные роботы.

Спустившись по лестнице, я поспешил наружу. Осталось найти ещё троих «игроков», а время таяло с неумолимой скоростью…

Сосредоточившись, я попробовал уловить ментальные эманации, но понял, что ничего не чувствую.