— Ах, ты, сука! — взревел второй бандос, и я отчётливо услышал у себя за спиной щелчок выдвинувшегося лезвия.

Глава 3

Наградив лежавшего амбала крепким хуком в челюсть, от которого его голова резко мотнулась, а глаза закатились и расфокусировались, я отпрыгнул за него, превратив тушу громилы в преграду. И как раз вовремя: лезвие промелькнуло передо мной по широкой дуге, разрезав воздух.

— Ты кем себя возомнил, урод⁈ — прошипел бандит, обходя товарища пружинистым шагом, свойственным боксёрам и любителям единоборств. Голову он опустил, прижав подбородок к груди, чтобы не получить апперкот. — Я тебя на ремни порежу, мразь!

— Много слов! — усмехнулся я. — Как насчёт дела? Или собачка только гавкает, но не кусает?

Нет, это не ради выпендрёжа. Просто лучше вывести противника из душевного равновесия, особенно если он что-то умеет. Это заставит его действовать спонтанно и даст мне преимущество. А оно мне точно не помешает.

Громила прыгнул ко мне, сокращая дистанцию, и тут же сделал выпад, целясь в живот. Я отбил его руку и ударил в лицо, но мой противник ловко уклонился и снова ткнул ножом — на этот раз в грудь. Пришлось поставить блок, уйти влево и нанести удар ногой. Носок ботинка угодил аккурат в пах амбала. Некрасивый приём, но не в уличной драке, особенно, если тебя пытаются продырявить лезвием. Что тоже, согласитесь, нечестно.

Бандит скрючился, издал стон и медленно опустился на асфальт.

— Сука!

Я резко ударил ногой ему по руке, выбив нож, который отлетел в кусты шиповника. Пусть поищет.

— Верну я вам бабки. Не нужны они мне. Только вспомню, куда дел.

— Тебе конец, тварь!

— Да-да, что-то такое я уже слышал. Мужик, я серьёзно: у меня память отшибло. Начисто!

— Звездит он! — визгливо крикнул бандос с забинтованной рукой. — С Левшой снюхался, падла! Признавайся, гнида, ему хрусты отдал⁈

Я развёл руками. Вот ведь упрямая публика! И как таким объяснить, что рад бы, да не могу?

— Ну, хотите верьте, хотите нет. Не знаю я, где ваши деньги.

В этот момент начал подниматься громила, которому я расквасил шнобель. Провёл тыльной стороной ладони по лицу, помотал башкой, глянул на меня и потянулся в карман.

— Лучше не надо, — вздохнул я.

Мужик вытащил латунный кастет, напялил на толстые пальцы, пару раз сжал кулак и, покачиваясь, двинулся на меня. Такой штукой если в голову прилетит, без больницы не обойдётся. А то и на тот свет отправишься.

— Последний шанс, — предупредил я, отставив левую ногу назад и чуть присев. — Церемониться не буду.

Амбал издал невнятное бормотание, больше похожее на звериный рык, и сделал ещё два шага. Голова у него явно кружилась, но он был полон ярости и желания отмутузить меня.

Ладно, сам напросился.

Короткий разбег, прыжок, и моя нога вылетела вперёд, врезавшись ему в физиономию.

Я приземлился на секунду раньше, чем бандос рухнул на спину, хрустко приложившись спиной об асфальт. Ну, прямо срубленное дерево, честное слово! Затылок я успел бережно подхватить, чтобы недоумок не отправился раньше времени на тот свет. Убийство по неосторожности мне ни к чему. И так только-только от сто первого километра отмазался.

Давненько я такое не проделывал. Когда тебе за семьдесят, особо не попрыгаешь. Да и с эмиссарами больше магией сражаться приходилось или стрелять, чем в рукопашку вступать. Но рефлексы остались. Это как езда на велосипеде: если уж научился, то навсегда.

— Ну, всё! — завопил загипсованный, дёргая что-то из-за спины. — Кабзда тебе!

Что-то мне подсказало, что у него там не нож и не кастет. Я метнулся к бандосу. В его глазах мелькнул страх, а затем в руке показался маленький чёрный пистолет.