Король долго изучал подсунутую ему бутылку, в которой находился серебристый стержень размером с карандаш.

– Здесь, в лаборатории, нельзя получить металл необходимой чистоты?

– Тогда мы должны забрать у них ионный экстрактор – он у нас в единственном экземпляре. Трудность в другом… Содержание редкоземельных элементов в руде настолько мало, что не хватит железнодорожного состава перевезти необходимое количество руды в Надвратный Замок. Там она прямо из шахты транспортером подается на обогащение…

– М-да, дерьмовое положение. – Король уже начал терять терпение. – Неужели вы сами, – обратился он к Хагену, – не видите, что есть только один выход: развязать этот узел на месте. Любым способом!.. Не рано ли начинаете подстраховываться?

– Дело в том, – стал оправдываться Хаген, – что я не мог принять необходимое решение без вас. Слишком велик риск. Там, на севере, живут гигантские ревуны, которые не признают власти Суголла. Мы уже при перевозке руды потеряли Стоша Новака и Джона-Генри Кинга, так что без вашего разрешения отправлять туда Тони…

– Боже мой! – воскликнул Вейланд. – Ты все-таки дождался подходящего момента!..

Король холодно взглянул на него.

– Сможете наладить предварительную очистку, если мы пошлем вас в Фенноскандию?

– Не поеду! – решительно отказался Вейланд. Испарина выступила у него на лбу. – Без меня здесь не обойтись! Мы заканчиваем монтаж и отладку оборудования. Глаз да глаз нужен…

– Ответьте на мой вопрос… – потребовал Эйкен. – Вы в состоянии наладить очистку на месте?

– Возможно, – пробурчал Тони, – однако…

– Отлично! – прервал его король. – Собирайтесь!.. – Он повернулся и в упор спросил у Хагена: – Есть кем его заменить?

– Один из моих людей, Чиву Чан.

– Хорошо, – кивнул король, – раз уж я заглянул сюда, проведем короткую инспекцию. Хочу посмотреть, как вы разместились…

Как только дверь за ними закрылась, Тони всплеснул руками.

– Черт бы вас всех побрал! – простонал он. – Опять я попал в переделку.

Тихий прохладный вечер… К корме «Кулликки» привязана резиновая лодка, в ней – рыбак, удящий первобытных лососей на блесну… Осенний нерест – великий поход обремененных икрой могучих рыб к месту своего рождения: в мелкие теплые протоки, на песчаные плесы и заливные низины – был в самом разгаре. Громадные лососи чем-то напоминали крупных радужных тарпанов, которых Марку Ремиларду приходилось ловить у берегов Флориды, однако в отличие от океанских собратьев, бешено сражавшихся за жизнь, здешние рыбины вели себя смирно. Тех, кто выметал икру, течением сносило к морю, мясо на них висело лохмотьями. Идущие вверх, ослепленные страстью четырехметровые и весом до двухсот килограммов гиганты не глядя хватали наживку и сразу покорялись направляющей их леске.

Рыбалка была любимым развлечением Ремиларда. Он не знал другого досуга, способного снять усталость, дававшего время пофилософствовать, оценить сделанное, попытаться заглянуть в будущее. Забросив удочку, он, находясь под защитой экрана, прикрывавшего шхуну, успел обежать мысленным взором всю заселенную часть Евразийского континента. Многоцветная Земля гудела как улей… В воздухе чувствовалось тревожное ожидание.

В его душе тоже нет покоя. Положение незавидное, дела шли хуже некуда. Решимость старых друзей осуществить мечту о «ментальном человеке» совсем угасла. Чем можно подогреть ее, если и его пыл угасал на глазах.