— Ты в Золотом Храме. Мне хотелось встретиться с тобой, поэтому ты здесь. Я Айкутма.

Только сейчас Ким сообразил, что лежит на невысокой каменной скамейке в небольшой, но очень уютной комнате. Каменный свод комнаты был выкрашен в теплый бежевый цвет, на стенах висело несколько картин. Скорее даже икон, понял Ким, вглядевшись в изображения. Сами стены были покрыты тонким, едва заметным резным орнаментом. Окон здесь не было. Лампа и кожух воздуховода подсказали Киму, что он снова попал в подземелье.

— Что со мной? — Ким сел на скамейке и тут же вспомнил полет с Марсуфом. Осторожно коснулся шеи. — Меня что-то укусило?

— С тобой все в порядке, — мягко улыбнулся Айкутма. — Марсуф должен был усыпить тебя, прежде чем привезти сюда. Он сделал тебе инъекцию снотворного.

Ким нахмурился — выходит, его снова разыграли. Хотя за такие розыгрыши надо бить по морде.

— Зачем было нужно меня обманывать? — спросил он. — Не лучше ли просто все объяснить.

— Да, конечно, — согласился старик, на его губах снова мелькнула улыбка. — Но это было бы слишком просто. Марсуф предпочел слегка развлечься. Не осуждай его.

— Просто я не люблю, когда меня обманывают, — пробормотал Ким.

— Да, это неприятно, — снова согласился старик. — Зато поучительно.

Теперь, уже окончательно придя в себя, Ким смог как следует рассмотреть собеседника. Сказать, что Айкутма был стар, значит не сказать ничего. На взгляд Кима, ему уже давным-давно перевалило за сотню. Волосы и борода Айкутмы были белы как снег, лицо избороздили глубокие морщины. Одет он был в серый монашеский балахон, перетянутый на поясе тонким кожаным ремешком.

По всему было видно, что Айкутма прожил очень долгую жизнь. Тем не менее никто не рискнул бы назвать его немощным старцем. При всем благообразии и спокойствии облик Айкутмы лучился силой. Больше всего Кима привлекли глаза этого человека. Тогда, при первой встрече, Ким видел глаза дарга. Настоящие глаза, не скрытые личиной притворства. Эти глаза его тоже не обманывали, он готов был в этом поклясться. Глаза дарга — но совсем другие. Более человечные, что ли, более сострадательные. Более живые. Казалось, они светились изнутри, вызывая ощущение тепла и умиротворения.

— Вы сказали, что хотели меня видеть? — спросил Ким, нарушив затянувшееся молчание.

— Да. Ты решил стать даргом, и я хочу понять почему.

— Я уже говорил об этом Сайрусу. Там, на Земле, у меня остались весьма могущественные враги. Одного из них зовут Чалми. Роджер Чалми, вы наверняка слышали о нем, он руководит Департаментом Наказаний. Я должен отомстить ему.

Айкутма едва заметно кивнул.

— Это многое объясняет. Месть во все времена жгла людям сердца.

— Поэтому я здесь.

Ким замолчал, молчал и старик, погрузившись в какие-то воспоминания. Наконец он снова взглянул на Кима.

— Пошли. Я хочу показать тебе Храм… — Старик встал и медленно вышел из комнаты.

Храм находился под землей, теперь Ким убедился в этом окончательно. Следуя за стариком, он миновал длинный ряд дверей и вышел в просторный светлый холл. На стенах висели картины — остановившись у первой из них, Айкутма взглянул на Кима и указал на портрет.

— Это Леонард Бердников. Он жил около восьмисот лет назад, именно его мы считаем основателем нашего братства.

На картине был изображен человек лет пятидесяти, его вполне можно было принять за какого-нибудь фермера. Судя по всему, художник не пытался придать портрету выигрышные черты и просто передавал реальность такой, какой она была.

— Леонард был простым монтажником на одном из местных заводов, — продолжил Айкутма.