Его появление не вызвало у охранников никаких эмоций. Ким знал, о чем его могут спросить, на все вопросы у него были приготовлены ответы. Но его ни о чем не спросили. Тем лучше — спустившись по ступенькам, Ким спокойным шагом пошел к Экзотикуму. Это спокойствие далось ему очень нелегко, но все обошлось. И даже на распластавшуюся по стеклу фиолетовую тварь Ким взглянул уже совсем другими глазами. Сидишь там — ну и сиди. У всех свои проблемы.

Он ощутил себя свободным, лишь миновав посадочную площадку. Здесь уже было людно, Ким без проблем затерялся в толпе. Все, теперь его так просто не возьмешь.

Еще два десятка метров, и он на месте. Здесь его должны ждать.

Его действительно ждали — не прошло и двух секунд, как рядом опустился глайдер с Марсуфом в пилотском кресле. Ким забрался на заднее сиденье, машина тут же поднялась в воздух.

— Удачно? — спросил Марсуф, не глядя на Кима.

— Да.

— Хорошо. Оставь нож на полу.

— Да, я знаю… — Ким закатал рукав, ослабил крепившие нож ремешки. Аккуратно положил оружие на пол — его вернут хозяину. Разумеется, нож сполоснут от крови, но она все равно останется в ножнах. Экспертиза установит, что это кровь Мервилла.

За два с лишним часа пути от Каркуна до Аделара Марсуф не произнес ни слова. Молчал и Ким, задумчиво глядя в ночь. Наконец впереди показались далекие огни, они быстро приближались. Прошло еще несколько минут, и глайдер опустился в ста метрах от дома Кима.

— Отдыхай. — Марсуф взглянул на Кима, тот уныло кивнул и выбрался из машины. Проследив взглядом за поднявшимся в воздух глайдером, медленно побрел домой, думая о том, что сейчас искупается и обязательно выпьет чего-нибудь крепкого…

Ему было нехорошо — оттого что он снова убил человека. Сидя в наполненной горячей водой ванне, Ким с грустью думал о том, что весь этот мир построен на зле. Кто-то кого-то постоянно убивает, разница лишь в том, под каким соусом это преподносится. Убийство врага считается оправданным, за это порой даже медали дают. Но ведь и врагам дают медали, и тоже за убийство. У каждого своя правда — если здесь вообще уместно вести речь о правде. Правда не может быть связана с убийством. Или может? Как быть, если ты спасаешь свою жизнь? Или, тем более, жизнь чужую? Как совместить одно с другим, где та грань, что отделяет хорошее от плохого? Или Айкутма и в самом деле прав и смерть одного ради жизни многих вполне оправданна? Сегодня он убил Мервилла, приспешника Империи. А значит, союзника Чалми. Выходит, что он, Ким, сегодня боролся и с Чалми. Так неужели это плохо?

Два дня назад у них с Сайрусом уже был очередной разговор на эту тему. Началось все с того, что по видео показали марш Движения Пацифистов — десятки тысяч людей пришли к зданию Парламента, протестуя против решения Совета создать силы самообороны. Сотни лет Карра ни с кем не воевала, единственными военными на планете были немногочисленные имперские бойцы. И вот теперь Совет решил нарушить традицию и при содействии Империи создать свои вооруженные силы. Естественно, это вызвало широкое общественное возмущение.

— Эти силы действительно будут созданы? — спросил Ким, взглянув на Сайруса.

— Будут, — согласился дарг.

— И вы этому не помешаете?

— Нет. Идея создания сил самообороны принадлежит нам.

Ким удивленно вкинул брови.

— Вам? А как же нейтралитет и неучастие в войнах?

— Времена меняются, Ким. То, что раньше соответствовало нашим интересам, теперь им противоречит. Империя переживает свои худшие времена, она может даже развалиться, а это грозит новыми военными конфликтами.