|
В диспетчерской башне речного порта находилось еще одно пулеметное гнездо, закрытое мешками с песком. Мешки лежали и сверху — там было оборудовано место для стрелка. Длинный козырек порта соединялся с крышей кафе «Припять», на которой сидел наблюдатель с биноклем, просматривавший весь проспект Дружбы Народов. Последним, что заметил Швед, было движение на верхнем балконе в жилой многоэтажке, стоявшей через площадь от кинотеатра. Там тоже кто-то дежурил, контролируя свой сектор на многие кварталы вперед. Все это выглядело так серьезно и основательно, как будто «монолитовцы» готовились отражать атаку целой дивизии. Неудивительно, что мутантов здесь и близко не было. Вскоре из-за кафе показался знакомый «монолитовский» внедорожник. Машина проехала через ворота в ограде и неспешно подкатила к статуе Прометея. — Это за вами, — промолвил боец, стоявший на вахте. Сталкеры приблизились к джипу. За рулем сидел Самсон, рядом с ним был кто-то еще, помоложе, но такой же суровый. Швед с Хаусом сняли автоматы и устроились на заднем сиденье. Машина тут же тронулась, объезжая Прометея по кругу. — Что за тачка? — поинтересовался Хаус. Монолитовцы на вопрос никак не реагировали. Швед покачал пальцем: «Не доставай людей». Джип вырулил на дорогу и поехал на север, оставляя пруд позади. Улица плавно повернула влево, затем показался второй поворот, Самсон его проигнорировал и съехал на газон. Бордюрный камень преодолел как мог аккуратно, тем не менее в багажном отсеке громыхнуло. Сергей обернулся и увидел тридцатилитровый молочный бидон. Емкость была зафиксирована ремнями в вертикальном положении, но все равно шаталась и подпрыгивала: дожди давно превратили газон в череду кочек и рытвин. — Придерживай его, — сказал второй «монолитовец». Самсон направил машину через скверик, мимо футбольной площадки, куда-то в незнакомые для Шведа места. Проехав двор и нырнув в арку, джип снова оказался на улице. Бидон перестал трястись, и Сергей убрал руку. Дорога вела к окраине, дома стояли все реже, и вскоре машина выехала на конечную остановку автобуса, которая напоминала заасфальтированный пустырь. Посреди площадки стоял навес с одинокой смурной вороной, вокруг скамейки лежало семейство слепых собак. Они подняли головы, но джип уже промчался мимо. Псы беспокойно понюхали воздух и вновь положили морды на лапы. — Я понял, куда мы едем, — сообщил Хаус. — К Барону? — Да, — бросил Самсон. — А вот такой вопрос. Почему у тебя на рукаве есть нашивка, а у него нет? Вы же оба из «Монолита», форма одна. Самсон целую минуту вел машину молча, то и дело поглядывая в зеркало, словно прикидывая, где расстрелять любопытного седока — здесь или чуть подальше. — Я ветеран, а Молот нет, — сказал он, когда ни Хаус, ни Швед уже не ждали ответа. Молот подтвердил это скупым кивком. Швед присмотрелся ко второму «монолитовцу»: плечи и шея никак не свидетельствовали о его занятиях тяжелой атлетикой. Впрочем, логики в кличках Сергей давно уже не искал, просто хотел запомнить Молота получше. Самсон вывел джип на какую-то дорогу местного значения, узкую и ухабистую. |
