|
— А что там вну… Дверь открылась. Бубен выбросил из комнаты гранату. Швед прижал спусковой крючок и, стреляя в ослепляющий поток наугад, рухнул за шкаф. Сноп света беспорядочно заметался. Взвизгнула петлями вторая дверь. В помещении напротив раздался стук падения. Из коридора резанула косая очередь — по стене, по эмалированной мойке, по жестяной вытяжке и дальше вверх. Потом в тупике взорвалась граната, и свет погас. Сергей достал свой фонарик и включил. Тяжелая пыль клубами поднималась к потолку. Бубен, нашпигованный свинцом, сидел на полу с открытыми глазами. Из соседней комнаты кто-то снова выстрелил — пули завизжали, рикошетя от сейфа. Швед вжал голову в плечи и отполз к стене за дверью. Отсюда, из безопасного места, он осветил часть коридора на пути к выходу. Через мгновение по полу заскользил луч второго фонарика из кабинета напротив — тоже под углом. Возле короткой лестницы они слились в перекрестье и захватили чье-то тело. — Кореец! — позвали из другой комнаты. Сергей осветил лежавшему лицо. Мужик в коридоре — с виду никакой не кореец, а плотный дядька в возрасте — мучительно застонал, держась за живот. Дотянувшись до Бубна, Швед обшарил его карманы в поисках гранат, но ничего не нашел. Он не помнил, о чем говорил соратник, — об одной гранате или о нескольких. Сейчас кинуть вторую через две открытые двери было бы самое оно… Напротив о чем-то заговорили. Противники были оглушены взрывом, поэтому шептались во весь голос. Беда в том, что Сергей был тоже оглушен. — Эй! — крикнул он. — Кто вы? — Вольные сталкеры! — отозвались из противоположного кабинета. — Какие же вы вольные… Дикие вы, дикие. Мрази. — Что?! — не расслышали Сергея. — А, наемничек? Думали, «монолитовца» прищучим, но наемник — тоже хорошо. Голос показался Шведу как будто знакомым. — Это кто кого прищучил? — спросил он. — Сейчас наши подойдут и доделают тебя, не переживай! Определенно, этот голос он уже где-то слышал. — Я не переживаю! — заверил Сергей. — Ваших тут раз, два и обчелся, а вот наши точно подойдут. Несколько минут все лежали молча, проверяя, кто лучше блефует. Потом в другой комнате снова начали тихо переговариваться. Шведу поговорить было не с кем, и это его раздражало. — Тебе отсюда не выйти, мы контролируем коридор! — самоуверенно произнес противник. — Я его контролирую не хуже, — ответил Сергей, окончательно узнав голос. — Гранат у вас тоже нет, судя по всему. Сколько будем тут лежать? Надо договариваться. — С кем?! С тобой, отребье? Швед зафиксировал включенный фонарь так, чтобы он освещал раненого Корейца. — Хорошо! — сказал он. — Давайте посмотрим, как умирает ваш друг. Похоже, это доставляет вам удовольствие. — Не трогай его! — Я и не трогаю, он сам через час кончится. А мы пока подождем ваших, наших или еще каких-нибудь. За проходом возникла пауза. |
