— Мы считаем, что римляне должны будут послать разведывательный патруль через реку, — продолжил Ганнибал. — Магарбал устроит так, что кавалерия ударит по врагу, но я хочу, чтобы приняла участие и пехота. Они будут в засаде у главного брода, чтобы не дать никому уйти.

Малх оскалился.

— Для меня будет честь участвовать в этом, командир.

— Я не тебя имел в виду.

Заметив, как тот погрустнел, Ганнибал принялся объяснять:

— Я не хочу потерять в простой стычке одного из самых ценных своих командиров. Я подумал о твоих сыновьях, Бостаре и Сафоне.

Малху удалось скрыть разочарование.

— Они вполне справятся с таким делом, командир, от которого бы и я сам ни за что не отказался.

— Я тоже так подумал. — Ганнибал призадумался. — Поэтому у меня еще вопрос. Что ты скажешь насчет своего младшего сына?

Малх удивленно моргнул.

— Ганнона?

— Он уже готов к битвам?

— Я начал тренировать его сразу же, как он вернулся, командир. Здесь, за пределами Карфагена, пришлось кое-что добавить, но он хорошо справляется, — Малх на мгновение задумался, но потом с уверенностью продолжил: — Я бы сказал, что он уже готов командовать.

— Хорошо, хорошо. Он сможет возглавить фалангу?

Малх разинул рот.

— Ты серьезно, командир?

— Не в моих привычках шутить о таком, Малх. После перехода через горы многие отряды остались без руководства.

— Конечно же, командир, конечно же, — произнес Малх, собираясь с мыслями. — Перед тем как Ганнон пропал в море, я бы серьезно возражал против этого.

— Почему? — спросил Ганнибал, глядя на него пронзительно, как ястреб.

— Он был сорванцом, командир. Интересовался только рыбалкой и девочками.

— Вряд ли это преступление, а? — сказал Ганнибал, усмехнувшись. — Думаю, тогда ему было рановато служить?

— Да, командир, — сознался Малх. — И, если честно, он был превосходен, когда дело доходило до уроков по военной тактике и стратегии. А еще Ганнон хороший охотник.

— Отменные качества… Итак, изменилось ли твое мнение после его возвращения?

— Да, командир, — уверенно ответил Малх. — Он переменился. То, что выдала ему судьба, сломило бы многих юных парней, но не Ганнона. Теперь он мужчина.

— Ты уверен?

— Совершенно, командир, — выпалил Малх, бесстрашно встретив взгляд командующего.

— Отлично. Через час снова будь здесь, вместе со своими сыновьями. Пока всё, — закончил Ганнибал, повернувшись к Магарбалу.

— Благодарю, командир.

Сияя от радости, Малх отдал честь и покинул палатку.

Когда отец рассказал ему эти новости, Ганнон смутился.

— Что он может хотеть от младшего командира, такого как я?

— Не могу сказать, — спокойно ответил Малх.

У Ганнона завязало узлом живот.

— Сафон и Бостар тоже будут?

— Будут.

Ганнона это ничуть не утешило. Может, он что-то неправильно сделал?

— А теперь я тебя оставлю, — произнес Малх. — Будь на месте через полчаса.

— Да, отец.

Обуреваемый множеством мыслей, Ганнон принялся поспешно начищать новый шлем и нагрудник. И не прекратил до тех пор, пока не стало жечь огнем руки. Натер салом до блеска кожаные сандалии и быстро побежал в палатку Малха, где у отца было большое бронзовое зеркало. Хорошо хоть, самого отца тут нет.