|
— Как бы то ни было, но это место не похоже на монастырь. Я нахожу, что оно скорее как замок Франкенштейна. Бреннер слабо улыбнулся и подошел к окну. — Между одним и другим нет большой разницы, — сказал он. — В Средневековье монастыри часто служили единственным прибежищем от разбойников и вражеских солдат, но особенно много людей приходило туда в лютые зимы. Многие монастыри возводились столь крепкими и массивными, что походили на настоящие горы. — Ты много обо всем знаешь, да? — Я увлекаюсь историей, — ответил Бреннер, пожимая плечами. Он попытался выглянуть на улицу из узкого, словно бойница, окна, которое не было застеклено, зато имело массивную решетку, но мало что смог разглядеть. Его взору предстали опушка леса, несколько метров дороги и часть деревянного моста, по которому они совсем недавно прогромыхали на джипе. Эта постройка стояла на берегу неширокой речки, которая все еще кое-где была скована льдом. Вот и все, что Бреннер знал о том месте, где они сейчас находились. Себастьян, зайдя с ними под арку ворот, тут же ввел их в тесное помещение, не дав возможности Бреннеру разглядеть то, что находилось во внутреннем дворе, обнесенном каменной стеной, похожей на крепостную. Но все замеченное Бреннером только подтверждало его предположения. Свод ворот, в боковой стене которых располагалось помещение, предоставленное незваным гостям, был очень массивным, сложенным из тяжеленных каменных плит, между которыми не заметно слоев цементирующего раствора. С потолка внутренней арки ворот свешивались заостренные концы опускающейся решетки, которая уже давно заржавела и бездействовала, должно быть, пять столетий. Мостик, перекинутый через речку, был не простым, а подъемным мостом. Во внутренних помещениях воротной башни устроены не окна, а узкие бойницы. Одним словом, это был скорее не монастырь, а укрепленный замок. Конечно, между первым и вторым существовало больше различий, — чем утверждал Бреннер в разговоре с Астрид, но ему сейчас не хотелось останавливаться на этом, делая доклад об особенностях средневековой архитектуры. — Это, должно быть, караульное помещение, — сказал он. — Отсюда можно хорошо видеть опушку леса и мост, оставаясь в то же время невидимым для внешнего наблюдателя и защищенным мощными стенами. — Все это очень интересно, — отозвалась Астрид голосом, выражавшим полное безразличие к услышанному. — Но, признаюсь, меня куда больше интересует сейчас наличие ванной комнаты. Я отдала бы целое царство за ванну с горячей водой! Бреннер засмеялся, хотя ему было не до смеха. Девушка была права, предлагая столь, на первый взгляд, неравноценный обмен. В этом помещении было так же холодно, как и в лесу, но там они находились в постоянном движении и это помогало им бороться с холодом. А в этой крепостной камере было слишком тесно для того, чтобы двигаться Она была квадратной в плане, и каждая стена насчитывала в длину пять шагов, причем большую часть помещения занимал массивный грубо сколоченный стол и такие же стулья, которых было шесть и на которые Бреннеру и Астрид просто не хотелось садиться. Мебель выглядела очень старой, и, похоже, была ровесницей самого монастыря Однако стол и стулья вовсе не походили на предметы антиквариата, это был просто старый хлам. — Они не позволят нам здесь просто так замерзнуть, — сказал Бреннер. — Ты в этом уверен? — спросила Астрид, на минуту останавливаясь и склоняя голову к плечу. — Может быть, мы с тобой угодили в одну из тех историй… Ну, ты знаешь: два человека попали в аварию, бросили свой неисправный автомобиль и пошли прямиком через лес, вскоре они набрели на древний замок, в котором сумасшедший ученый ставил опыты над людьми. Он делал им какие-то инъекции, с помощью которых человек превращался в говорящий вилок кочанного салата. |
