Вот именно такими «выкупленными» пассажирами и был наполнен этот поезд. Они уезжали в неизвестность, бросая свои дома, имущество, друзей, без надежды вернуться. Они хватались за возможность перебраться в Северороссию, как утопающий хватается за соломинку. Для них это был шанс начать новую жизнь.

«Что же, — подумал Алексей, — борьба продолжается, и этот раунд, кажется, я выиграл. Качество — это всегда качество. Северороссии еще придется сражаться с советским монстром. Численное преимущество всегда будет у Москвы, поэтому мы можем победить только качеством. Для них люди — единицы, штыки, подданные. Для нас — личности. Они оболванивают свое население, мы повышаем уровень его образования. Они ценят золото и деньги, мы — людей, которые способны их заработать. Они будут вторгаться к нам несметными полчищами, мы противопоставим немногочисленную, но прекрасно вооруженную профессиональную армию. Посмотрим, кто кого».

Алексей снова бросил взгляд на перрон. «Интересно, — подумал он, — почти никто из прибывших и встречающих не знает и никогда не узнает, что стоят они сейчас на этом вокзале только благодаря мне. Впрочем, слава нужна только для того, чтобы было легче себя продать. Реальной работе она мешает».

Он повернулся и направился к выходу. За дверями кабинета к нему присоединились два «искусствоведа в штатском» — сотрудники департамента наружной охраны, ученики Колычева, лучшие телохранители в Северороссии, а может, одни из лучших в мире. К сожалению, теперь Алексей не мог позволить себе перемещаться без подобного эскорта. Должность обязывала. Он тяжело вздохнул. Оказывается, на самых вершинах власти свободы меньше всего.

Они вышли на вокзальную площадку. Алексей поежился — апрель выдался достаточно теплым, но все же в одном костюме было еще прохладно. Навстречу ему от перрона, около которого все еще пыхтел и чадил паровоз, шли трое в плащах, накинутых поверх гимнастерок без знаков различия, в галифе, сапогах и фуражках военного образца. Алексей остановил взгляд на идущем первым высоком человеке с портфелем под мышкой приблизился к нему, протянул руку и произнес:

— Здравствуйте, товарищ Петерс.

— Здравствуйте, — ответил на рукопожатие московский чекист.

Они молча направились к выходу из вокзала. Там их ожидал длинный черный служебный «руссо-балт» Алексея и темно-зеленый «мерседес» советского полпредства.

— Не откажетесь проехать в моей машине? — осведомился Алексей.

Чекист кивнул. Вместе с Алексеем они разместились на заднем сиденье «руссо-балта», отделенном от передних кресел звуконепроницаемой перегородкой. Один из телохранителей Алексея уселся на переднее пассажирское сиденье, а второй остался снаружи. Спутники Петерса сели в «мерседес», и оба автомобиля медленно покатили от вокзала.

— Я посмотрю, к вам буржуи валом валят, — проворчал Петерс. — Всю дорогу из Москвы в вагоне гул стоял. Радовались, что от нас вырвались.

— Да уж, — съязвил Алексей, — не многие хотят жить в вашем пролетарском раю.

— Буржуйские недобитки, — скривился Петерс. — Все одно старому миру конец.

— Ну, пусть уж они дождутся его здесь, а не у вас, — улыбнулся Алексей.