Нет.

— Это еще что? — спросил рядом мужчина с американским акцентом.

— Тело, — ответили из толпы. — Ребята выходили из бухты и наткнулись. Сначала подумали, что парень свалился за борт.

Сдерживая подступившую к горлу кисловатую желчь, Джейсон протиснулся поближе. На бетонном причале лежало обнаженное мужское тело. Головы не было, а с напоминавшего кочерыжку обрубка шеи свисали водоросли и капала кровь. В пульсирующем свете мигалки на темной груди отчетливо проступала сеточка мелких шрамов.

— Помяни мое слово, шуму будет много, — бесстрастно, словно комментируя услышанную по телевизору новость, заметил человек с американским акцентом. — Острову убийства на пользу не пойдут. Тем более такие вот омерзительные. — Судя по тону, сам говоривший ничего против отвратительной сцены не имел.

— Убийство? — усмехнулся второй. — Какое убийство? Это же обычный несчастный случай.

Питерс отвернулся. Где выросли эти люди? Откуда такое равнодушие? Когда они успели так очерстветь душой, что и убийство их уже не трогает? Насилие давно стало частью его жизни, но он так и не привык к подобного рода картинам. Неужели это американское телевидение приучило нормальных людей к виду крови, к жестокости и насилию?

Джейсон огляделся и отошел в сторонку, где его и вырвало.

Никто не обратил на него никакого внимания.

Точнее, почти никто.

Один из зрителей пристально наблюдал за ним, а Питерс, слишком занятый опустошением желудка от послеполуденного пива, даже не заметил в руке незнакомца маленький цифровой фотоаппарат.

Глава 4

Коста-Рика

26 декабря

Найти это место было не так-то легко. Скрытое в дождевом лесу, оно, на первый взгляд, напоминало затаившуюся в густой зелени камышовую кошку. Сооружение было облицовано бетоном, а не сложено из бетонных блоков, как большинство местных зданий. Если кто-то случайно и набредал на это сооружение, он вряд ли признал бы в нем жилое помещение. Собственно говоря, здесь находился лишь вход в подземный лабиринт. Огромный разросшийся фикус, широкие ветви которого как будто обнимали скромное строение, скрывали добрый десяток высокотехнологичных антенн. Лозы толщиной в руку взрослого мужчины, хотя и напоминали удерживающие воздушный шар канаты, были в действительности электрическими кабелями и вели к генератору, находящемуся так далеко, что его не выдавал даже ровный, мягкий гул.

Впрочем, звук никакого значения не имел. Ближайший населенный пункт — небольшая деревня — находился на расстоянии нескольких миль, и туристы, во все больших количествах посещающие костариканский дождевой лес, предпочитали не удаляться от дороги — по крайней мере того, что называлось здесь таковой, — лежавшей по другую сторону горы.

Охочее до американских долларов правительство беспрепятственно выдало разрешение на строительство лаборатории по изучению и сохранению местной флоры и фауны. Никто в Сан-Хосе не усомнился в необходимости привлечения к строительству приезжих рабочих, которые по окончании проекта растворились, словно утренний туман под лучами солнца. Соответствующие чиновники получали ежемесячный «гонорар за консультационные услуги», и что именно происходит на затерянном в дождевом лесу объекте, никого уже не интересовало.

Просторное, в тысячу квадратных футов, и освещенное не хуже операционной помещение находилось под вулканической породой на глубине всего лишь десяти футов. Перед экраном компьютера сидели двое.

Оба были в гуаяберах, свободного покроя рубашках с накладными карманами, популярных у латиноамериканских крестьян, которые носят их обычно поверх грубых, закатанных до колена полотняных штанов.