Принцесса поначалу заартачилась, когда речь зашла о покрытии рекрутской повинности за счёт рабов, хотя и только для вида. Рабы-северяне в качестве мигрантов её более чем устраивали — всегда можно повысить их лояльность, просто дав свободу. Или оставить в рабстве самых непримиримых и буйных, но дать вольную их детям, предварительно вырвав их из привычной среды. И просто-напросто перемешать рабов разных кланов в одном поселении, чтобы ни за кем не было доминирования.

Однако активно убеждающие непреклонную Афину хорасанцы этого не знали, так что, когда принцесса нехотя согласилась с поставками рабов, посчитали это небольшой, но всё-таки победой.

На общем фоне подсуетилась и делегация альдераманцев, вовремя вставив часть своих условий.

Попросили всякую мелочь — пару племён в данники, немного земли с лесом и чуть-чуть дани. Формально альдераманцы были не с имперцами, так что их требования были как бы отдельными и не входящими в общий перечень, вот они и вели переговоры отдельно. И послали бы их куда подальше, но пять тысяч бойцов всё ещё стояли под стенами Садзевара. Да, диких вокруг было в несколько раз больше, но то были десятки разных кланов, которые вряд ли бы договорились о совместной атаке. Ну и отношения между Империей и Альдераманом для них оставались загадкой — то ли союзники, то ли нет, но рисковать лишний раз всё-таки не решились.

Однако, всё когда-нибудь кончается — и хорошее, и плохое. Кончились и переговоры, со всем их криком, ором, руганью, спорами и драками. С оружием в Дом Старейшин не пускали, но оные старейшины и на кулаках неплохо «дискутировали». Правда, драки всё равно довольно быстро сошли на нет, после того как Эрин принесла кулёк жареных орехов, и они с Афиной принялись их громко грызть, вслух обсуждая достоинства того или иного «бойца».

Старейшинам быть простыми «бойцами» не понравилось, так что драки они прекратили.

В итоге окончание переговоров было решено отметить пиром, и даже хорасанцы выглядели вполне довольными. После первой-то демонстрации силы они вполне уверились в том, что принцесса и апостол явились на север карать и жечь направо и налево, а так контрибуция вышла вполне сносной и даже в чём-то выгодной.

Во всяком случае многие с энтузиазмом восприняли условие об отправке не менее чем десяти тысяч бойцов на дальний юг. И если они там себя хорошо проявят в боях, то и размер общей контрибуции сократится, и даже заплатят, причём в первую очередь оружием.

Опрометчивое заявление и ещё более опрометчивое намерение, но Афина уже не видела в этом ничего страшного. Старого оружия в арсеналах для ополчения хватает, а куда его девать нынче? Можно продавать и дарить, всё одно легионы надо перевооружать на магострелы…

Поход на Хорасан был в общем-то больше отработкой тактики с новым оружием, чем чисто карательной операцией, потому как только сейчас федералы передали нормальное количество единиц магострелов. Но поход выдался даже каким-то чересчур быстрым, так что все тонкости Афина изучить не успела.

Хотя одно она поняла твёрдо — при таком вооружении когорта вполне заменяет пару легионов.

Пир решили организовать всё в том же Доме Старейшин, благо что здание было каменным и монументальным даже по имперским меркам — умели же строить когда-то. Не хорасанцы, нет — те, бесчисленные государства, что расплодились на границах рушащейся Второй Империи… И в которых хватало выходцев из Новорима.

Тот же Дом Старейшин Садзевара явно был построен с оглядкой на Сенат — центральная площадка для выступлений, зал, балконы, колонны… Разве что скамьи не каменные, а деревянные, но и в настоящем Сенате сейчас такие же — что ж поделать, если государственные мужи теперь не очень настроены сидеть на голом мраморе.