Парсонс и работник бросились выполнять его приказание. Они подкатили коляску к подножию лестницы и подняли меня, чтобы отнести наверх.

— Подождите, Тони. Я еще не хочу подниматься наверх. Я чувствую себя в той комнате как заключенная. Сегодня я хочу есть внизу, в столовой, и свободно перемещаться по этому дому. Я сделала свои первые шаги, — гордо объявила я.

— Первые шаги? Где? Тебе надо отдохнуть, ты должна принять горячую ванну, массаж. Доктор будет разгневан. Все ваши достижения полетят насмарку.

— Но, Тони…

— Поднимите ее наверх, — повторил Тони. — Быстро.

— Остановитесь. Опустите меня, — потребовала я.

Парсонс с тем работником снова посмотрели на Тони, но его взгляд заставил их продолжать свое дело.

— Извините, мисс, но, если мистер Таттертон считает, что это будет лучше для вас, нам следует сделать так.

— Хорошо, — сказала я, видя, что ставлю прислугу в трудное положение. — Делайте то, что хочет он.

— Очень хорошо, мисс. — Они легко подняли меня и понесли вверх по лестнице.

— Теперь вы можете опустить меня, — обратилась я к ним на верхнем этаже. — Я сама доеду до комнаты.

Плотно закрыв за собою дверь, я сидела, глядя в задумчивости на свою кровать, приспособление для ходьбы, медицинские принадлежности. Все это производило гнетущее впечатление после того, как я побывала на улице. Я решила покончить теперь со всем этим. Люку, несомненно, передали мою просьбу, и он приедет навестить меня. А когда он это сделает, я потребую, чтобы он забрал меня домой.

И я покину это место, этот дом, полный призраков, навязчивых воспоминаний и болезненных переживаний.

Вероятно, мы с Люком утратили наш фантастический мир, но мы будем вместе. Именно эта мысль побудила меня принять окончательное решение покинуть Фарти.

Глава 20

БЕГСТВО ЗАКЛЮЧЕННОЙ

Обессиленная первой прогулкой на свежем воздухе и своими первыми шагами, а также грубой выходкой Тони, я подкатила коляску к кровати. Едва я успела поднять свое тело из коляски и лечь поперек кровати, как в комнату вошел Тони.

— Энни, ты никогда, запомни, никогда не должна закрывать свою дверь, — заявил он строгим голосом. — Как я узнаю, если тебе что-либо понадобится? И посмотри, с каким трудом ты забираешься в кровать. Могла бы сообразить, что я тут же приду на помощь.

Он отодвинул коляску, поднял мои ноги и положил их на кровать.

— Я могу сделать это сама, — запротестовала я.

— Ах, Энни. Ты совсем такая же, как Хевен, — упрямая. Вы обе можете вывести из себя даже святого.

— Мы обе? — Я резко повернулась. — Мама мертва… мертва! — закричала я. Я так устала, так морально выдохлась, что у меня не оставалось сил выносить его путаницу.

— Я знаю это, Энни, — тихо сказал он, открывая и закрывая глаза. — Извини меня, извини. Я был так резок с тобой внизу, но ты поступила очень нехорошо и сильно расстроила меня.

— Все в порядке, Тони. Все нормально, — приговаривала я, не желая продолжать какую-либо дискуссию. Я хотела лишь попасть в кровать, отдохнуть, съесть свой обед, уснуть и ждать, когда приедет Люк.

— Нет, не все в порядке, но я искуплю свою вину перед тобой. Я обещаю. Ты увидишь. Я хочу сделать теперь для тебя так много всего, Энни. Я сделаю то, что я мог бы сделать для Хевен, если бы она позволила мне сделать.

— Ладно, — сказала я и закрыла глаза. Затем я почувствовала его руку на своем лбу.