Гораздо более сложный вопрос — по Донецку и Луганску.

Надо понимать, что если в Крыму немедленно после Майдана произошло массовое восстание и была свергнута украинская власть — то в Донецке и Луганске обстановка была принципиально иной. Хотя бы потому, что в Донецке и Луганске не желали видеть Януковича, законного президента Украины, который только и мог придать происходящему хоть какую-то законность.

Но предположим следующее. Предположим — местные элиты поддержали Януковича, он остался в Донецке, заявил на весь мир о произошедшем в стране государственном перевороте, призвал армию и милицию не подчиняться майданной власти и попросил Россию ввести войска. Что тогда?

1. Запад — вряд ли признает законность этих действий, даже если Янукович избран на признанных демократичными выборах и не досидел даже первого срока. Запад в этом смысле последователен, у власти сейчас — поколение 1968 года, которое само в свое время сражалось на баррикадах. Для них народное восстание — есть нечто святое, есть сам ход истории, и подавление его, тем более с помощью войск иностранного государства — есть некое святотатство. Так что Запад — моментально забыл бы про то, что Янукович избран законным путем даже при том, что на Каддафи — Янукович никак не тянет.

2. Допустим, мы вводим войска. Сколько их потребуется? Территория Украины — шестьсот двадцать тысяч квадратных километров, в стране проживает более сорока миллионов человек. Даже если отбросить Восток страны, и даже если предположить, что часть полиции и армии перейдет не нашу сторону — все равно, цифра потребных для длительного контроля такой территории войск запредельная, равно как и стоимость такого развертывания. Нам придется задействовать все что у нас есть, не оставляя никакого резерва.

3. Допустим, зашли. Если мы идет с Януковичем в обозе — то мы не можем где-то остановиться, нам придется заходить в Киев и во Львов. Киев — это город, где проживает три миллиона человек, разделенный рекой, там есть исследовательский ядерный реактор. А в центре города — беснуется разъяренная толпа. Что делать? Заводить туда танки? А если под колеса лягут — давить? Это же наши братья, украинцы. Один БТР во время противостояния на Майдане они уже сожгли — а теперь понятно, что у них посерьезнее коктейлей Молотова появилось. Власть рухнула, разграбили склады, на западе часть армии и милиции перешла на их сторону. И что делать? Бомбить, как Грозный? И Львов тоже? Неужели одного Грозного не хватило?

4. Допустим даже зашли в города, поставили обратно Януковича — у которого рейтинг чуть выше нуля. И что делать? Запад — по-любому потребует выборов, тем более что время и так подходит — президентские выборы в Украине должны состояться в 2015 году. Запад будет пристально следить за их демократичностью. И кого выберут? При том, что украинская интеллигенция ненавидит одно слово «Россия» — а что будет с русскими танками на улицах? Тут украинцы назло Путину Тягнибока президентом выберут.

5. Допустим, отменили выборы и ввели чрезвычайное положение. Как скоро на Западе начнется партизанщина? Как скоро — в Бескидах и Карпатах появятся лагеря террористов? Какое оружие тут же поставит им Польша? И сколько мы своими штыками будем подпирать Януковичу трон? Десять лет, как в Афганистане?

6. А вот если мы взяли только Восточную Украину и остановились — Запад нас будет долбать до победного. Потому что просто взять и отхапать полстраны у соседа, не имея никакого законного повода — это аннексия. Если в Крыму еще можно спорить, потому что сами обстоятельства передачи Крыма сомнительны, и сами крымчане восстали, и референдум провели — это одно. А вот тут — и крыть будет нечем: аннексия в чистом виде. Так в цивилизованном мире не живут.

7. Украина на сегодняшний день находится в катастрофическом экономическом состоянии.