|
Я сажусь на холодный бетон и набираю СМС Артему: «Я на крыше. Позвони.» Какой же я дурак, ведь очевидно же, что Левину на мена наплевать. Ему не нужен какой-то гопник-педик. Я могу представить, какие у него образованные симпатичные друзья, с которыми он даже знакомить меня не хотел — стыдился. Я сижу и гипнотизирую телефон. Слёзы всё текут и текут по щекам. Как же противно осознавать себя плачущим слабаком, который даже умереть не может. Через некоторое время телефон пищит. От Артёма приходит СМС: «На какой крыше?» Сволочь, засуетился, ответил-таки. Я пишу адрес. Потом он звонит и говорит, что едет. Значит, ему не наплевать. Или просто не хочет думать, будто я из-за него решил покончить с собой?
Я смотрю заплаканными глазами в тусклые городские звезды и слышу, как медленно открывается люк. Я оборачиваюсь, поднимаюсь — на крыше появляется Артём. Он всё-таки пришел. Он стоит у самого люка и опасливо оглядывается по сторонам. — Ты один? — Тихо и очень серьёзно спрашивает он. Я не понимаю, что означает его вопрос. А с кем я тут должен быть? — Так ты один? — Настойчиво повторяет Артём. — Да, — отвечаю немного растеряно. — А с кем я должен быть? Я же написал… — Димка, — он срывается с места, подбегает и крепко обнимает меня, — прости меня! Прости, я дурак! Левин утыкается лбом мне в плечо и всё просит прощения. Потом вдруг отстраняется, звонит кому-то, говорит, что всё хорошо, и снова извиняется. — Да что с тобой? — Перебиваю я. — Что случилось? — Прости, — снова говорит Артём, — я плохо о тебе думал… — Что ты думал? — Я пытаюсь заглянуть ему в глаза. — Зачем ты пришёл сюда? — Спрашивает он. — Димка, зачем? Тебе плохо? Расскажи! Только не думай о глупостях! Слышишь, даже не думай прыгать или что там у тебя на уме! Артём готов расплакаться передо мной. Я смотрю в его глаза — там отражаются огни города. Там отражаюсь я. Он приехал, и значит ему не всё равно. Значит, ему не наплевать на меня. Он обнимал меня только что так, как никто никогда в жизни. Он такой красивый, стоит напротив… — Я люблю тебя, Артём! — Вырывается у меня, и снова слёзы текут по щекам. — Я тебя тоже, Димка. Он говорит искренне. Никогда раньше я не слышал, чтобы Левин говорил так искренне. У него даже голос дрожит. Мы долго стоим обнявшись. Ветер задувает в спину, треплет волосы Артёма. Левин касается моего лица, а потом целует в губы. — Зачем ты удалил свою анкету с сайта? — Спрашивает он. Я смотрю на него в упор. Какой-то странный вопрос. Я только что признался ему в любви. При чём тут анкета? И почему его волнует, что я её удалил? — Я испугался, — отвечаю. — Испугался, что кто-нибудь увидит, узнает… У меня брат постоянно в моём компе лазает… Я говорю быстро, но Артём перебивает и утыкается лбом в моё плечо. — Прости меня! — Шёпотом бормочет он. — Я думал… Я боялся, что ты можешь подставить меня… Подставить своим друзьям… Что ты специально, что притворяешься… — Как ты мог так думать! Да у меня кроме тебя и друзей-то нет, вообще никого нет… — А Каримов и эти ваши пацаны… — Ненавижу их! — Шиплю сквозь зубы. |
