— Не верю. — С этими словами Клэй подошел ближе и ласково провел рукой по ее золотистым волосам. — Пожалуйста, Каролина, посмотри мне в глаза и скажи, что не сдашься.

— Остановись. Мы не должны терять голову, Клэй.

— Повтори это еще раз, Кэрри.

— Боже, я схожу с ума! — дрогнувшим голосом проговорила она, чувствуя, что в этот миг происходит нечто давным-давно предопределенное свыше.

— Знаю. Я тоже.

В его темно-голубых глазах полыхало пламя страсти. Но его взгляд был полон не слепого вожделения, а мольбы и тоски, которую могла утолить лишь она одна на всем белом свете. И Кэрри уступила, не в силах бороться с непреодолимым желанием быть рядом с ним, чувствовать тепло его дыхания и прикосновений. Единственное, чем она могла успокоить свою совесть, — это предостеречь Клэя от совершения серьезной ошибки.

— Ничего не бойся. Ты такая нежная и хрупкая… Поверь, я не дам тебя в обиду…

— Внешность обманчива, — чуть улыбнулась она. — При необходимости я сумею постоять за себя.

— Неужели? По-моему, ты впервые действуешь по зову сердца. Какая же ты красивая, Кэрри! — Его пальцы игриво пробежали по ее шее. — Давай поцелуемся? Или это запрещено?

— Кем? Только не мной, уверяю тебя!

Не теряя времени даром, Клэй припал к ее жаждущим губам. Стоило Кэрри закрыть глаза, как ее чувства мгновенно обострились, и она тут же бессознательно доверилась своим ощущениям. Все ее сомнения и страхи исчезали, испарялись, таяли, как снег под весенним солнцем. Сначала его поцелуй был очень нежным и осторожным, словно Клэй готовил ее к чему-то столь же невероятному и неуправляемому, как извержение веками спавшего вулкана или зарождение цунами…

И вот откуда-то из потаенных глубин возбужденного женского тела поднялась обжигающая волна жара и неги, заставившая Кэрри тихо застонать и отстраниться.

— Я сделал тебе больно? — хрипло поинтересовался он.

— Нет! Умоляю, не останавливайся…

Теперь никакие угрызения совести, сомнения или страхи, если бы они вдруг возникли, не смогли бы заставить ее отказаться от новых волнующих ощущений. Прижимаясь к Клэю всем телом, Кэрри недвусмысленно давала понять, что готова целиком и полностью отдаться страсти здесь и сейчас, не задумываясь о неизбежных последствиях. А ведь как невеста Скотта она даже в мечтах не представляла себе подобных головокружительных сексуальных переживаний! В одночасье необъятный мир вокруг, казалось, замер в благоговейном молчании, ожидая, что вот-вот свершится таинство единения их разгоряченных тел…

Но неожиданно его теплые ласковые губы замерли всего в нескольких миллиметрах от ее губ. Что происходит? Почему он так внимательно смотрит на нее?

— Каролина, надеюсь, ты понимаешь, как далеко мы можем зайти, если не остановимся?.. — прерывисто дыша, предостерег ее Клэй.

Его слова прозвучали как гром среди ясного неба, мгновенно вернув ей способность рассуждать здраво. Ее ладонь нехотя уперлась ему в грудь.

— Прости, Клэй…

— Брось, тебе не за что извиняться.

— Да, пора вспомнить, кто мы и зачем приехали сюда, — кивнула Кэрри и, испугавшись, что он сочтет ее бесчувственной, торопливо добавила: — Только пойми меня правильно! Я хотела этого… так же сильно, как и ты. И ничуть не жалею о случившемся…

Неделю спустя Кэрри сидела в своем маленьком уютном кабинете и пыталась разобраться в счетах, присланных отцу на подпись управляющим «Викторианских рассветов» Джеком Батлером.

Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату вбежала Алисия.