Потом отчетливо лязгнул то ли замок, то ли запор, а еще через несколько секунд в комнату ввалился радостный Симонов. Уронив сумку на пол, раскинул руки в стороны.
— Привет Синдбадам-мореходам! — воодушевленно проорал он и кинулся обниматься.
От Симонова явственно пахло водкой: в поезде он, сто процентов, не книжку читал.
— Привет, привет, — буркнул Швед, освобождаясь. — Пошли на кухню, накатим за встречу.
На это Симонова уговаривать никогда не приходилось: накатить он был готов всегда и везде. И, к некоторому сожалению, со всяким. Швед полагал, что иногда неплохо бы быть и поразборчивее.
Швед сразу дал понять: никаких громких загулов сегодня не намечается, и Симонов, что отрадно, осознал это без ненужных возражений. Еще порадовал тот факт, что даже легкая добавка к уже потребленному не сделала разговор бессмысленным, поэтому Швед сразу принялся выяснять, что и как обстоит в Виннице. Симонов стал охотно рассказывать, иногда с излишними подробностями, но в целом вполне по делу. Швед периодически подхлестывал его продуманными вопросами. К сожалению, ничего нового или просто полезного выудить из Симонова не удалось — ситуация у них до смешного напоминала все то, что сам Швед обнаружил по возвращении в Николаев.
Можно было смело предположить, что по всей Украине точно так же.
Швед уже собрался было перейти к более насущному — завтрашним планам, но помешал мобильник.
Как всегда, Швед почувствовал звонок за секунду-другую до того, как он раздался. И еще до нажатия кнопки с зеленым телефончиком новоявленный глава киевского Дозора понял, что разговор предстоит неприятный.
Хотя бы потому, что звонил Светлый Иной.
— Слушаю! — ответил Швед. Сухо, но собранно.
— Дневной Дозор? — осведомился собеседник напористо.
— Допустим, — не стал отпираться Швед, хотя сам считал, что организовать еще ничего не успел.
— Виктор Гаркуша, Светлый Иной, Ночной Дозор Киева. Требую присутствия вашего оперативника, хотя бы одного. Немедленно.
— Сейчас? Ночью? — озадачился Швед.
— А когда, по-вашему, работает Ночной Дозор? — с неприкрытой иронией отозвался Светлый.
Что ж, резонно.
— А по какому поводу? — решил уточнить Швед.
У него еще и сотрудников-то не имелось, если не считать Ефима. Даже Симонов вроде как не в счет — этот вовсе не киевлянин.
— По поводу того беспредела, который творят в городе распоясавшиеся Темные, — мрачно сообщил Светлый. — И советую заготовить вазелин, — добавил он уже без всякой иронии.
Швед растерялся, но всего на пару секунд.
— Погодите, — сообразил он. — А откуда у вас этот телефон?
— Поступил по официальным каналам. Я ведь с дежурным говорю? С дежурным по городу от Дневного Дозора?
«Пропал номер», — понял Швед.
— Не совсем. Дневной Дозор еще не функционирует… во всяком случае, патрульная служба пока не возобновилась.
— Меня это не волнует. Выявлен факт браконьерства. Присутствие Темных обязательно.
— Куда ехать? — просто спросил Швед, потому что людей (или Иных), изъясняющихся настолько по-канцелярски, не переспоришь. Бессмысленно с ними препираться. Номер мобильного Светлым скорее всего слила Инквизиция, никогда в этом смысле особо не церемонившаяся. И потом, раз заступил на такую неблагодарную должность, стоит учесть, что рабочий день отныне длится ровно двадцать четыре часа. И выходных в ближайшее время не предвидится.
— Метро «Героев Днепра». Любой выход.
— Это где такой круглый… — Швед помедлил, подбирая нужное слово, но так и не подобрал. |