Неопрятная, основательно прокуренная двухкомнатная квартира. На табуретке – корявая и кривобокая искусственная елка. Стол с остатками закусок, под которым стыдливо спрятались три пустых водочных бутылки. Виновница торжества сидела на диване. Все ее лицо представляло собой одну сплошную гематому. Напротив нее стояла женщина, на чем свет стоит, честившая неведомого Гошу и насылавшая на него нецензурные проклятия.

– Надюх, не прощай его, козлину! Пиши на него заяву! Я тебе говорю, давай ментов вызовем, ну ты че, а?!

– Да ну на фиг, Катюх, я пацанам скажу, они его ващ-щ-ще изувечат! – прошепелявила разбитыми губами пострадавшая.

Так и пришлось моим парням Надюху под руки водить, ведь глаза-то у нее закрылись полностью. В стационаре диагностировали у бедолаги перелом скуловой кости, костей носа и закрытую черепно-мозговую травму – сотрясение головного мозга.

Вот и закончилась моя полставочная сменка, как и положено в последнее время, с приличной переработкой. Хотя, повезло мне, что как раз бригада в соседний с моим дом ехала, и захватили они меня.

А на следующий день, пришли к нам в гости наши дачные соседи Федор с супругой своей Евгенией Васильевной. Оба на удивление трезвенькие, прилично одетые, со светлыми, добрыми лицами. Посидели, песенок приличных попели, поговорили душевно. Так что, вопреки обыкновению, все хорошо закончилось безо всяких безобразий. А Федор, кстати сказать, вновь в медицину вернулся. Теперь в областной больнице работает. Сантехником.

Все фамилии, имена, отчества изменены.

Посленовогодняя смена

Основательно я сегодня заморозился, пока на остановке стоял. А народищу в автобусе, аж не протолкнуться! Все как один с хмурыми, суровыми лицами. Да и понятно, ведь не на праздник, а на работу люди едут. Да еще и кондуктор, дама весьма дородная, взад-вперед шляется, отнюдь не добавляя положительных эмоций.

Врачебно-фельдшерскую конференцию объявили. Народа маловато, сидим только мы, несколько завсегдатаев с тысячелетним стажем. А молодые специалисты, видать, всезнайками себя считают, не желают ни хороший опыт перенимать, ни на чужих ошибках учиться.

Как и всегда, вначале выслушали доклад старшего врача предыдущей смены. Ну а дальше подключился главный врач.

– Надежда Юрьевна! – обратился он к начмеду. – Давайте что-то делать с посещаемостью конференций. Согласитесь, что это, мягко говоря, неправильно, когда присутствуют полтора человека. Коллеги, в ваших должностных инструкциях четко прописано, что вы все обязаны посещать конференции. А освобождаются только те, кто находятся на вызовах.

– Так ведь это не нам надо говорить, а отсутствующим! – резонно заметил врач Казанцев.

– Обязательно скажем. В виде дисциплинарных взысканий, – ответил главный.

– Коллеги! – обратилась к нам Надежда Юрьевна. – Напоминаю, что если вы выставляете алкогольное опьянение, то будьте так добры, расписывайте его, как положено! Ведь ничего же сложного нет! Опьянение нужно обосновать, а не просто отметку сделать. Вы сами все прекрасно знаете, что ваши карточки могут быть доказательствами в судах.

– У меня есть пара объявлений, – сказал главный фельдшер Андрей Ильич. – Во-первых, бригады опять стали бросать без присмотра укладки. А это говорит о том, что люди уходят с работы раньше времени. Ведь есть же правило, что укладки передаем сменщикам из рук в руки. Если сменщика нет, то сдаем их на пункт за пять минут до окончания смены.

– Андрей Ильич! – не выдержал я. – Мы, здесь присутствующие, все это прекрасно знаем и такого себе никогда не позволяем. Нам-то какой смысл об этом говорить?

– Ну, знаете ли, Юрий Иваныч, иногда не грех и напомнить!

«Да, Андрюша, время над тобой не властно.