|
— Алла задумчиво покусала губу- По созданному в прессе образу Астралова дама со странностями, олдельница, покидающая свою так называемую «келью» — так она именует свое обиталище — лишь для одиночных прогулок в уединенных местах. От презентаций, выступлений по ящику и прочих пиаровских ухищрений писательница наотрез отказывалась. Но ее имиджу затворницы я ни на копейку не верю. Умение притворяться каждый раз по-другому почти искусство, — одарила она собеседников еще одной броской фразой. — Со слов Филиппа, она на редкость сексуально распущенная мадама, хотя он и сам не без греха. Безнравственными люди считают тех, кто умеет проводить время веселее, чем они, — снова блеснула она эрудицией. Может, потому писательница и настаивала, чтобы никто не сопровождал ее во время выездов на природу9 Охрана — это лишние свидетели. Отправляется мадам Астралова будто бы на променад, углубляется в пустынную аллею, потом быстренько сбрасывает свой длиннополый салоп, темные очки, черный платок или диковинную шляпку, ныряет в авто поджидающего ее любовника и отправляется с ним в уютное гнездышко. Как вам этот вариант?
— Вполне, — одобрил Виталий. — Проблема в том, что если мадам Астралова обставлялась столь таинственно, то найти ее любовника и свидетелей их встреч будет непросто. Ведь ее никто не знает в лицо. Она может кататься со своим милым где угодно, посещать любые увеселительные заведения, устраивать сексуальные оргии, и никому в голову не придет, что он имеет честь лицезреть знаменитую писательницу. Загадочно обставилась дамочка, закрутила интригу, почти как в детективе, которыми она потчевала своих читателей-почитателей. Глаза сыщика загорелись былым азартом, а Алла подумала: «Скучает Виталька по настоящему делу. Все же быть телохранителем даже любимой женщины для классного профессионала все равно что забивать гвозди электронным микроскопом. Да ведь и я тоже сразу избавилась от хандры. Умница Лидия Петровна, как всегда, оказалась права. Может быть, мое призвание — вовсе не бизнес, а сыск?..» — Есть у меня сильное подозрение, что затея с инкогнито принадлежит самой Астраловой, — продолжала она. — Полагаю, дело было так. Поначалу ее затворничество, склонность к одиночным прогулкам были всего лишь частью имиджа — надо же чем-то отличаться от других писателей! Непохожесть — залог успеха. Другие авторы всеми правдами и не правдами пытаются попасть на телеэкран, участвуют в любой передаче, лишь бы их упомянули, а Астраловой создали имидж оригиналки. Это интригует читателя — что ж такого особенного пишет эта чудачка, именующая себя вечной девственницей? И вот благодаря такой рекламе к ее персоне возник интерес. Потом она приобрела известность и сама попала в капкан — ей хочется потешить свою плоть, но нужно соответствовать имиджу. — Это чисто гипогетически или: у тебя есть факты? — спросил Виталий. — Женские догадки гораздо точнее железобетонных мужских фактов, отшутилась верная боевая подруга. — Сами посудите, ребята, раньше Астралова не избегала плотских радостей, как раз наоборот, была весьма и весьма до них охоча. Я стопудово уверена, что даже ради славы сексуально озабоченная мадам не стала бы монашкой. Вначале, может, крепилась изо всех сил, сдерживая позывы плоти, а потом природа взяла свое. Тем более вожделенная известность к ней уже пришла и можно погреться в лучах собственной славы. И вот тогда сыграло позитивную роль переодевание в бесформенный балахон, платок-шляпку и темные очки. В итоге Астралова имела возможность бегать на свиданки, оставаясь неузнанной, могла завести даже нескольких утешителей. Соответственно, не исключена ревность как мотив — один из любовников узнал о существовании соперника и явился к ней выяснять отношения. Даже если уже нет сил любить, всегда есть силы, чтобы ревновать, — одарила она друзей еще одним ироничным афоризмом. |
