Рут покачала головой.

— Да ведь тебе только что стукнуло сорок один. По мне, ты еще соплячка.

Расчесывая сегодня утром волосы и заплетая их в косу, доходившую ей до середины спины, Сара обнаружила несколько седых прядей. Но потом напомнила себе, что цвет лица у нее все еще как у молодой, а серые глаза не потеряли своего блеска.

— Думаю, я уже выросла из соплячек, — возразила Сара. — Однако допускаю, что у меня есть еще в запасе несколько хороших лет;

— Не несколько, а очень много, — твердо заявила Рут.

Сара снова оглядела свою тетю. За годы работы сестрой милосердия она научилась распознавать состояние тревоги, даже если человек пытался скрыть ее.

— Что-то не так? — прямо спросила Сара. — Что-нибудь с дядей Орвиллом? Он болен?

— Был легкий грипп, но сейчас уже все прошло, — раздался из дверей мужской голос.

Сара повернулась и увидела дядю. В свои семьдесят пять он уже не казался таким широкоплечим, как раньше, но в нем все еще чувствовались сила и властная манера держаться. Однако, как опытная сиделка, она заметила болезненную бледность. А небрежная поза, в какой он опирался на дверной косяк, говорила скорее о том, что у него кружится голова, а не о том, что он хорошо себя чувствует.

— Ничего не прошло, и тебе надо быть в постели, — возразила Рут, подтверждая подозрения Сары.

— Мне некогда болеть. Раз приехала Сара, она составит тебе компанию, а я поеду искать Сэма, — заявил Орвилл, оторвавшись от косяка и выпрямляясь.

На лице Рут появилось упрямое выражение.

— Я уверена, что с Сэмом все в порядке.

Он, бывало, и дольше отсутствовал. И к тому же он умеет о себе позаботиться.

Орвилл слегка пошатнулся, и Сара бросилась к нему, обхватив за талию, чтобы поддержать.

— Ты не в состоянии никого искать, — заметила она сурово.

Орвилл постарался выпрямиться, и Сара почувствовала, как он качнулся. С покорным вздохом он обнял Сару за плечи и, опираясь на нее, позволил отвести себя в спальню.

— Если мы ничего не узнаем о Сэме в течение часа, я позвоню шерифу, — сказал он Саре, опускаясь на постель.

— Как только я уложу тебя, я сама позвоню шерифу, — ответила Рут. А потом обратилась к Cape: — Я позабочусь об этом сварливом старике. А ты иди за своими чемоданами. Я приготовила твою старую комнату.

— Кто это сварливый старик? — услышала Сара протестующий голос Орвилла.

Краем глаза она увидела, как Рут укоризненно покачала головой.

— Что вижу, то и говорю, — сказала она. Но за суровым выражением проглядывала нежность, свидетельствовавшая о долгих годах взаимной любви. На минуту Сара почувствовала острую зависть. Она всегда мечтала встретить такую любовь, но ей не повезло. Неожиданно перед ней возник образ Сэма Рейвена, каким она его видела в последний раз — шести футов и двух дюймов роста, крепкого и сильного. Черты его лица явственно говорили об индейском происхождении — он был наполовину шайен, наполовину шошон. Свои длинные густые черные волосы Сэм обычно завязывал кожаным ремешком, который снимал, только когда загонял скот или объезжал лошадей. Тогда он заплетал волосы сзади в косичку. Сара называла это прической «для занятий серьезным делом».

Вообще-то это было шуткой — Сэм никогда не отличался легкомыслием; по крайней мере она никогда его таким не видела.