– Да вы чуть ли не в темноте! – вскричал Аластер. – Почему вы не попросили Этель зажечь лампу? А, она принесла вам ужин, но – увы! – не захватила лед. Ленивая девчонка! Мы должны выпить вино прежде чем оно согреется.

– О, пожалуйста, подождите зажигать свет! Я люблю смотреть, как появляются первые звезды.

– А я люблю смотреть, что я ем! – невозмутимо ответил он, поправляя фитиль большой керосиновой лампы с разрисованным стеклянным колпаком, похожим на тот, что она разбила у тетушки Эстер много лет назад. – Кроме того, я хочу видеть вас.

Отдаленное воспоминание шевельнулось в ее мозгу. Кто-то когда-то уже говорил ей эти слова, но она не могла вспомнить, в какой связи. А Рибурн вытащил пробку из бутылки и, попробовав немного золотистого вина, протянул ей полный стакан и палил свой.

– За будущее!

– Боюсь, я всегда пребываю в прошлом.

– Так не должно быть. Это занятие для стариков, чья жизнь уже позади. А у вас, я убежден, впереди долгая и интересная жизнь, и я стану частью ее.

– О, я не понимаю…

– Ну вот! – восхищенно произнес Аластер. – Кто-нибудь когда-нибудь видел, как очаровательно краснеет старая женщина? Вы все еще как девушка: этот свежий цвет лица, серьезность мысли, которая видна в ваших глазах…

Дели посмотрела в сторону и сказала:

– Если вы не возражаете… я ужасно голодна. Еле удержалась, чтобы не наброситься на эти сандвичи до вашего прихода. Мне кажется, я не ела целый месяц.

– Бедняжка, вы ведь еще не начали нормально питаться. Я должен был заказать целого цыпленка. Я веду себя, как беспечный эгоист. И только потому, что предпочитаю на ночь легкую пищу. Пожалуйста, берите все.

– Нет, нет! – смеясь, запротестовала она. – Я не настолько голодна.

Легкое вино оказалось достаточно крепким для ее ослабевшего организма. Оно горячо побежало по жилам. Дели почувствовала радость и приятную теплоту. Она съела два целых сандвича и еще половину. К этому времени все более сгущающаяся темнота уже оттеснила короткие сумерки, но озеро еще продолжало удерживать последние остатки света, словно не желало отдавать ночи краски прекрасного дня.

Дели сидела, глядя вниз, на квадрат света, который означал окно каюты Брентона.

– Ненавижу думать о том, как он лежит там один, беспомощный, – задумчиво сказала она и вдруг ощутила, как нереально ее пребывание в этом чужом гнезде, вдали от всех жизненных тревог. – Завтра я должна вернуться. Он скучает без меня.

– Мне представляется, он всегда был очень деятельным человеком и оттого ему еще труднее, – заметил Аластер.

– Он был самым энергичным из всех, кого я знала. В молодости он мог без сна и еды работать двадцать четыре часа в сутки, а потом забавы ради переплыть озеро. А теперь… – Дели пожала плечами.

– Да, жизнь бывает чертовски зла. – Аластер вздохнул. – Я не знаю, утешают ли вас звезды, но когда передо мной неразрешимая проблема или меня одолевают тяжелые мысли, они успокаивают меня, как ничто другое.

– На меня так же действуют бегущие воды реки.

– Вы хотите сказать, река заставляет вас увидеть в истинном свете нашу обычную житейскую суету и мелкие неурядицы? Что-то подобное происходит и со мной, когда я смотрю на один из звездных городов Млечного Пути.

Он задул лампу и отодвинул часть крыши.

На них обрушился поток звездного света; высоко наверху стояла белая звезда Спика, потрясая своим сверкающим копьем.

– Над нами Вирго. Вы знаете созвездия Зодиака?

– Да, я умею ориентироваться по звездам.