Что же касается Братства Грааля, то по описанию Вольфрама оно больше напоминает военно-монашеский орден со строгим уставом. Один такой мы знаем — тамплиеры, второго такого не было. Все братья Грааля, кроме короля, не имеют права жениться, исключение составляют лишь те из братьев, которые принимают земную корону в какой-либо стране. Они не имеют права воевать ради забавы или славы, только защищая права обездоленных. В замке Грааля воспитываются двадцать пять чистых дев, которые должны стать женами монархов, прославившихся в боях под знаком рыцарского креста. Иными словами — братья и девы Грааля служат ему, чтобы мир становился лучше.

Получив эти сведения, наш Парцифаль отправляется в дальнейшие странствия уже очищенным от своей печали. А Вольфрам далее приступает к рассказу о подвигах Гавана, который захватывает замок злобного Клингсора — Шатель Марвей, где томятся в заключении несчастные пленницы. К Граалю этот замок не имеет отношения, однако, в нем тоже существуют особые чудеса. Одно из них — волшебная башня из драгоценных камней, показывающая картины мира: «увидел он моря и горы, разливы рек, полей просторы, луга и тучные стада, затем увидел города, где улицы, дома и люди…» И в этой волшебной конструкции Парцифаль также увидел, что поделывает сейчас его возлюбленная дева. Затем в освобожденный Шатель Марвей приезжает сам король Артур с рыцарями Круглого стола, обретая давным-давно украденных мать и сестру.

Парцифаль за это время неожиданно находит своего сводного брата-язычника, потом к нему является девица Кундри в платье с белыми голубями, несущая пророчество, что он избран править Граалем вместе со своей женой и своими детьми. И уже приглашенный и наставленный должным образом наш Парцифаль вместе с братом отправляются в замок Грааля. На этот раз стража их не только не задерживает, а напротив — храмовники обнажают перед ними головы. Они входят в замок, и Парцифаль, учтиво поклонившись дяде, просто его спрашивает: «О, дядя! Молви, что с тобой?!»

Все замечательно преобразилось — Анфортас исцелился. По случаю такой радости устроили праздник и снова вынесли Грааль. И только язычник Фейрефиц смотрел ошалелыми глазами, как сами собой наполняются кубки и появляется смена блюд, и не мог попять, кто всем этим управляет. Оказалось, это потому — что он некрещеный. Так что тот предпочел поскорее креститься, и тогда — тоже увидел Грааль! А Парцифаль, как и было обещано, стал королем Грааля.

Конечно, приключения приключениями, но что стоит за приключениями?

И если паше предположение хотя бы отчасти верно, что такое описанный Вольфрамом Грааль? Особенности верований катаров мы уже знаем. Но что могло связывать катарских «совершенных» с тамплиерами, а катарскую голубку — с восьмиконечным крестом? И почему кроме одновременно с «Парцифалем» сведенного из разных книг текста «Вульгаты» или датируемых 1230–1250 годами «Романа о Граале» и «Венца» практически до середины XV века эта тема оказалась прочно забытой? Такой бурный всплеск интереса, а затем такое глухое забвение? Лишь позднее за «Артуров цикл» возьмется талантливый Томас Мэлори, но это будет уже потом.

Думается, дело в том, что современники слишком хорошо понимали, о чем эти книжки написаны. И что за сокровище этот Грааль — будь он хоть чашей, хоть вазой, хоть камнем. После 1250 года, когда с югом Франции все было кончено, об этом сокровище предпочитали молчать.