— Хорошо. Но не вздумай сбежать. Кэл велел мне присматривать за тобой, и я не спущу с тебя глаз до его возвращения. — Джесс произнес это с высокомерным, преисполненным собственной значимости видом, свойственным четырнадцатилетним, однако под этой маской Мелора разглядела взволнованного паренька, изо всех сил старающегося выглядеть мужчиной,

— Я как раз буду у тебя на глазах, — заверила девушка. — К тому же ни один человек сейчас не собирается уходить из дома.

Джесс кивнул, глядя, как Мелора, вернувшись на кухню, принялась восхищать Вилла и Кэсси своими грандиозными планами на ужин, который, похоже, обещал быть таким же заманчивым, как праздничный пикник.

Итак, пока Кэсси показывала Мелоре кладовку, а Вилл резал хлеб для тостов и наполнял чайник водой, Джесс вышел из дома, чтобы поймать несколько цыплят.

«Что я здесь делаю? — чуть позже спрашивала себя Мелора, глядя на разложенные на столе продукты: общипанных цыплят, миску с мукой, сырой картофель, несколько морковин и две банки консервированных белых бобов. — Кэл уехал, Джесс вышел куда-то. Для меня это отличный шанс освободиться. Я перестану себя уважать, если не сумею выбраться отсюда».

Однако она не могла бросить на произвол судьбы больную девочку — лихорадка с каждым часом становилась все опаснее для ее жизни — и этих голодных малышей, глядящих на нее такими доверчивыми глазами.

«Отправлюсь в путь после того, как буду убеждена, что ужин почти готов и с Луизой все в порядке, — успокаивала себя Мелора. — Кэл еще не скоро вернется. За это время я, возможно, смогу узнать, как добраться до Дэдвуда. А дальше надо будет только следить за тем, чтобы не столкнуться с ним на дороге».

Так или иначе, но за то время, пока цыплята жарились на сковороде, бисквиты подрумянивались в печи, сама Мелора помешивала в горшке бобы, Вилл рассказывал уморительные истории про своего кролика Броуни, который иногда спал в их с Джессом комнате, а Кэсси резала на кусочки очищенную морковь и в довершение всего поведала Мелоре на ушко, что ненавидит морковь, но ест чтобы показать хороший пример Виллу и Луизе, девушке так и не представилась возможность улизнуть незамеченной.

Зато чуть позже, когда ей удалось ненавязчиво расспросить детей, как добраться до Дэдвуда, а Джесс отправился в хлев, чтобы выполнить свою обычную работу, Мелора увидела в окно свою лошадку, пасущуюся неподалеку. Она уже была накормлена и почищена (правда, не оседлана, но это вовсе не смутило девушку). Мелора тут же решилась на побег. Но стоило ей сделать шаг к двери, подстегивая себя мыслями о Джинкс и Вайэте, которому грозит опасность, она услышала слабый возглас Луизы. Мелора опрометью бросилась в спальню. Встревоженные Вилл и Кэсси последовали за ней.

Картина, открывшаяся их взору, была неутешительной — девочке стало значительно хуже. Ужас охватил Мелору, когда, взяв ребенка на руки, она дотронулась до горячего и сухого лба. Девочка безразлично смотрела перед собой, не произнося ни звука. Ее глаза выражали лишь страдание.

— Кэсси, побыстрее намочи и как следует отожми ткань. Надо обтереть ей тело, так мы сможем немного сбить жар.

Но даже после того, как они обтерли Луизе лицо, шею и грудь прохладной влажной тканью, ее кожа пылала точно так же. У Мелоры разрывалось сердце, когда она смотрела на неподвижно лежащую девочку.

— Надо положить ее в ванну с прохладной водой. — решила девушка, как раз когда Джесс входил в комнату. — Принеси ушат и наполни его водой, — подбегая к нему и указывая на дверь, распорядилась она. — Нельзя терять ни минуты.

Луиза плакала, когда ее клали в прохладную воду. Некоторое время она продолжала метаться и немного успокоилась лишь тогда, когда Кэсси спела ей колыбельную.