По лицу Дэвида пробежала легкая тень улыбки.

– Наверное, в последнее время я сильно обеднел духом и тоже сделался нищим.

– Мне очень жаль.

Он устало кивнул, и Анна почувствовала, как между ними возникло, прежнее дружеское взаимопонимание. Но, к сожалению, оно не могло сохраниться надолго.

– Я хотела бы поговорить о твоей сестре.

Дэвид округлил глаза.

– Какое отношение к этому делу может иметь Лили? – спросил он. – Она умерла и лежит в могиле.

Увидев, как он ощетинился, Анна принялась тщательно подбирать слова:

– Леди Стокфорд полагает, что у ее внука были веские причины для расторжения помолвки. Она говорит, что, если бы Джошуа на самом деле был подлецом, он обвинил бы в случившемся Лили.

В глазах Дэвида мелькнул испуг. Он уронил стопку гимнов на деревянный пол, нагнулся и начал неуклюже подбирать брошюры.

– Ох уж эти Розочки! – проворчал он. – Они по-прежнему суют свои носы в чужие дела.

Анна присела на корточки, чтобы помочь ему собрать гимны.

– Посмотри мне в глаза, Дэвид. – Она дождалась, пока он поднимет голову. Вид у него был настороженный. – Может быть, Лили сама подтолкнула Джошуа к разрыву?

– Это возмутительно! Я же рассказывал тебе, что произошло. Кеньон пытался обесчестить Лили. Потерпев неудачу, он начал ухлестывать за ее компаньонкой.

Пару недель назад Анна тоже была бы возмущена. Но сейчас ее одолевало множество сомнений.

– Ты уверен? Может быть, Лили неправильно истолковала невинную ситуацию? Что именно сделал Джошуа?

Дэвид нахмурился.

– Ты, кажется, потеряла все представления о приличиях, если спрашиваешь о таких вещах. Неужели Кеньон так сильно задурил тебе голову?

Анна хотела бы это отрицать, но события последних дней привели ее в полное замешательство. Она предпочла уклониться от темы:

– Сейчас я задаю вопросы.

Но Дэвид не унимался:

– Да, он тебя охмурил. Ты пренебрегла опытом моей сестры и позволила этому негодяю себя использовать.

– Нет! Он скоро уедет, и…

– За несколько дней может случиться многое, Анна. Поверь мне, я знаю.

– Он не хочет меня, так что тебе не о чем беспокоиться.

Но это не убедило Дэвида. Хмуро сдвинув брови, он взял ее руки в свои – впервые за все время их знакомства.

– Прошу тебя, запомни: Кеньон бросит тебя, так же как он бросил Лили.

Большая шумная компания вернулась в Мерритон-он-Си, чтобы пообедать. Взрослые собрались за длинным столом в столовой, а дети отправились в комнату для завтраков. Но Анна не имела возможности насладиться покоем: в перерывах между блюдами она присматривала за своими девятью племянниками и племянницами – вытирала пролитый суп, подносила хлеб с кухни и улаживала неизбежные ссоры.

Она часто ловила на себе задумчивые взгляды Джошуа и испытывала невольный трепет, несмотря на предостережения Дэвида и доводы собственного разума. На ней было одно из ее новых платьев – ярко-синее, шелковое, с вышивкой по подолу и рукавам, оно подчеркивало цвет ее глаз и оттеняло естественный румянец. На груди Анны посверкивало бриллиантовое колье. Ей очень хотелось понравиться Джошуа. Она надеялась, что он находит ее привлекательной.

За годы общения с братьями в ней выработались такие черты характера, которые вряд ли были приятны мужчинам, – здравомыслие, прямолинейность и решительность. Она целыми днями крутилась по хозяйству и просто не успевала заботиться о собственной внешности. В то время как другие девушки часами просиживали перед зеркалом, сооружая затейливые прически и примеряя наряды, она мыла полы, штопала одежду и ухаживала за малышами.