— Бенни, перед тобой — твоя будущая хозяйка.

Беннет слегка поклонилась, и ключи, висевшие у нее на поясе, тихонько звякнули.

— Позвольте пожелать вам счастья, мисс, — сказала она.

Кэрол заставила себя поблагодарить экономку. Марти смотрела на происходящее широко открытыми от удивления глазами.

— Так я приготовлю для мисс Стерн Белые покои, — повторила экономка.

— Великолепная мысль, — одобрил ее предложение Джеймс. — Это очень разумно с твоей стороны, Бенни! — Он с хмурым лицом подошел к принесенному дворецким подносу, нетерпеливо налил в стакан порцию виски, залпом выпил, затем снова налил. — Очень разумно! — добавил он. — Жаль, что мне самому это не пришло в голову.

Экономка удалилась со слегка озадаченным видом. В словах Джеймса чувствовалась какая-то ирония, поэтому Кэрол подошла к нему и спросила:

— Почему вокруг этих Белых покоев столько разговоров? Я вполне могу спать в одной из мансард.

— Дело в том, что обычно мы ими не пользуемся.

— Они предназначены для очень важных гостей? Например, для настоящей невесты?

Джеймс продолжал хмуриться.

— Я представил вас миссис Беннет, как свою невесту.

— Но только потому, что она вынудила вас это сделать, сказав, что приготовит для меня Белые покои.

— О, дорогая, — Марти встала и подошла к ним. Она с легким озорством посмотрела на Кэрол и обвила рукой ее плечи. — Дорогая, не будь чрезмерно чувствительной. Я знаю, ты находишься сейчас в крайне двусмысленном положении, но, поверь, Джеймс не имел ввиду ничего дурного, когда спросил, почему тебя нужно поместить в Белых покоях. Просто эта комната так причудливо изукрашена, что мы никогда не смотрели на нее всерьез. Незадолго до смерти отец ее заново отделал, планируя жениться на какой-то женщине, вроде Санты Сент-Клер, которую решил поразить такой нелепой пышностью.

— Я все поняла, — успокоенно сказала Кэрол. — Ты очень хорошо объяснила, — добавила она, стараясь сгладить впечатление, что становится капризной и невыносимой.

Марти положила ей на плечи вторую руку, затем, быстро взглянув на брата, подмигнула ему с видом заговорщицы.

— Я поднимусь с Кэрол наверх, пусть сама посмотрит, что это за покои.

Когда они вошли в комнату, где Кэрол предстояло провести ночь, миссис Беннет любовно снимала с кровати белое бархатное покрывало. От вида спальни Кэрол испытала легкий шок. Это была чудовищных размеров комната с огромными, выходившими в сад окнами с занавесями из белой парчи. В алькове, под балдахином из белого бархата, стояла гигантская кровать. Пол спальни покрывал белый ковер, такой толстый, что ноги утопали в нем почти по щиколотку. На туалетном столике виднелось зеркало в раме из переплетенных серебряных цветов. На стенах висели еще два, в полный человеческий рост, тоже в серебряных рамах. Зеркала были развешаны таким образом, что пересечь спальню, ни разу не увидев собственного отражения, было просто невозможно. Полный контраст с обилием белизны и серебра спальни составляла ванная комната, в которой стояла ванна черного цвета.

Убрав бархатное покрывало в ящик комода и пожелав Кэрол спокойной ночи, миссис Беннет удалилась.

— Да, теперь я понимаю, что ты имела в виду, — сказала Кэрол.

— Но кровать потрясающе удобная. — Марти села на угол огромной кровати и покачалась, проверяя пружины. — Это лучшая кровать в доме, она изготовлена по чертежам моего отца.

Кэрол внимательно оглядела кровать, совершенно не представляя, как сможет заснуть на таком огромном ложе.

— Понятно, почему твой брат расхохотался, узнав, что мне придется спать здесь, — заметила девушка с таким подавленным видом, что ее подруга не смогла сдержать добродушного смеха.