|
— Мне раньше не доводилось видеть такую надпись. — Это означает, — со вздохом ответил ей Томпсон, — что компьютер отбросил рациональное мышление и занимается счислением пути. Как говорили раньше пилоты, ты можешь исчислить путь до собственной могилы, и это в равной, если не в большой степени относится и к баллистическим стратопланам. Томпсон знал, что под инерциальными данными имелось ввиду то, что для исчисления дальнейшего курса корабля машина будет использовать последнее известное местоположение лайнера, последнюю скорость и курс, а также случайные ускорения, отмеченные бортовыми гироскопами. — Но что могло случиться? — недоумевала его напарница. — У нас же есть резервная система управления… — Да, на Земле оборудование тщательно проверялось и испытывалось, чтобы избежать возможных неисправностей в воздухе. У нас нет иного выхода, кроме как доверять оборудованию, мы вынуждены делать это. — Отвечая на вопрос девушки, Томпсон продолжал держать руки в нейтральном положении, выдерживая четкую глиссаду. Не желая вмешиваться в работу систем, он терпеливо ждал, пока компьютер перебирал цифры на дисплее и пытался восстановить приемлемое изображение местности и аэропорта. — Наша единственная надежда — на высотомер. Слушай! Радар по?прежнему продолжал попискивать, но цифры на левых визуальных дисплеях продолжали плавно падать. Томпсон счел нужным дать объяснения: — Если искусственный интеллект компьютера не полностью вышел из строя, то вероятней всего, он потерял связь с системой ориентации. Возможно, отказала антенна, а может быть, все дело в радиопомехах… Если так, то будем надеяться, что сбои отловятся сами собой… — Никогда не слышала о существовании помех на данных частотах, — с сомнением заметила Алисон. — Это серьезное нарушение международных законов для всякого, кто намеренно вклинится в работу в этом диапазоне. — Ты несомненно права, так что, скорее всего, отказала антенна. В любом случае, давай подождем и посмотрим, сумеет ли компьютер восстановить прежнее изображение. Однако этого не произошло. Более того, на экранах загорелась надпись «НЕДОСТАТОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ». Дисплей полетных сигналов оставался пустым, напоминая перегоревшую фосфорную трубку, и лишь нижнее поле, где были представлены функциональные базы данных приборов управления, повиновалось пилотам. — Что же делать? — тихо спросила Карлайл. — Я не… Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, Эдуардо Томпсон сделал то, еще никогда не пытался делать за всю свою летную жизнь. Капитан встал, отстегнул экраны и посмотрел в ветровое стекло собственными глазами. Пред ним расстилалось бледно?голубое небо. Нигде не было даже намека на море или землю. Безусловно все дело было в высоте полета, ведь при снижении с наклоном в тридцать градусов земля неслась бы ему навстречу. Карлайл сдвинула экраны на лоб, выглянула в окно, затем взглянула на командира: — Вы отдаете себе отчет, что это полное нарушение правил полета. — Хотел бы я иметь выбор, — Томпсон прикусил губу. — Если мы хотим увидеть что?либо, нам придется опустить нос самолета. — Тогда мы наберем скорость и чрезмерное ускорение. Да и двигатель работает сейчас всего на восемь процентов КПД, единственная приемлемая величина для аэродинамического баланса. — Я включу воздушные тормоза. — Вы же знаете, что их можно использовать лишь при небольшой скорости, они нарушают воздушный поток и приводят к дестабилизации… — Я понял, — прервал ее капитан. |
