В эту секунд тот первый из троицы гномов все же скинул капюшон и под ним оказался головка довольно симпатичной гномы с тучей конопушек на лице.

— Выкупи нас, господин! — попросила она, стараясь чтобы хозяин не услышал. — Пожалуйста! В той драке мы не виноваты…

Тимур отрицательно поджал губы, понимая, что такие громадные деньги сейчас даже при всем желании просто нигде не наскребет. Судя по всему поняла это и гнома.

— Господин, я наследница главы клана, — вдруг произнесла она свой, похоже, главный аргумент. — Нас специально спровоцировали на драку, чтобы вывезти на юг… Помоги нам!

Парень кивнул хозяину и на них.

— Сколько за этих тоже?

Купец засмеялся щербатым ртом и подмигнул.

— За троицу прошу пятнадцать полновесных золотых… На юге мне обещали именно столько. Заплатишь отдам долговые бумаги тебе. Если нет, сегодня же отправлюсь из этого городишки… Старого и так отдам, если этих возьмешь.

Денег, действительно, не было. Все их последние операции были целиком и полностью основаны на банально обмене и на руках живых денег было всего лишь около серебрушки. Нужно же было сто пятьдесят раз больше! Тимур бездумным взглядом прошелся по рынку, потом по своим сопровождавщим… и тут его осенило. Он быстро подошел к Груму и сорвал у того с пояса короткий гномий меч, который по размерам очень напоминал мечи королевской гвардии на юге.

— Эй, торговец, во сколько ты оценишь такой меч гномий работы? — он протянул ему черный как смоль клинок.

Тот взглянул на него словно на сумасшедшего и жадно схватил меч. Дернувшегося было в этот моменты обиженного Грума Тимур становил.

— Настоящая черная сталь…, — восхищенно цокал языком торговец, одновременно постукивая ногтем по металлу и слушаю мелодичный звон. — Хорош… Ларентийский гвардеец за такой меч не торгуясь отдал бы десять или даже двенадцать золотых, пиратские бароны побережья не пожалели бы и пятнадцати. Такой клинок рубить любую человеческую сталь! Но здесь его цена пять золотых! — закончил он с улыбкой, уже догадываясь что ему мог предложить Колин. — Хочешь предложить их мне?

— Три меча и по рукам? — с некоторым сомнением предложил Тимур. — Больше не дам!

— Хорошо! — причмокнул губами купец, понимая, что заключил одну из лучших своих сделок в этом году. — Неси мечи!

Не слушая возражений гномов, Тимур забрал у них клинки и, приложив к ним свой, отдал их купцу. Оба брата тоскливыми глазами проводили забранные у них мечи, которые отметились еще столетие назад.

— Будут вам еще лучше клинки… Главное люди! — буркнул Тимур, хотя провожал мечи точно таким же взглядом. — Люди! Черт, гномы…

В этот момент он даже предположить не мог, что из-за этих проклятых мечей на него ополчиться большая часть подгорных кланов, которые за последние пол столетия прочно подмяли под себя весь рынок оружия в этой части континента. Клинки же из черной стали, вообще, и считались великой ценностью, и в людские земли почти не уходили.

— Ведите эти троих к Батисте. Пусть придут в себя, а потом подумает что делать дальше, — кивнул на троицы Тимур, а сам направился к старику. — Я старику помогу идти…

Он подхватил старого гнома под руку и они медленно побрели прочь от рынка словно примерный сын и его пожилой отец. Однако, в эти секунды Тимура терзала отнюдь не почтительно к возрасту, а нечто совершенно иное…

— Что за громовой порошок, уважаемый? — он вдруг вспомнил, что об этом порошке говорилось в Великой книге памяти гномов.