Эти мысли улетучились, стоило Поппи заметить, что на колоннах, прямо под названием поместья, было вырезано кое-что еще: фамильный символ, силуэт, который давно не выходил у Поппи из головы. Силуэт птицы. Точно так же была согнута проволока, которую Девочка давным-давно достала из своего передника, первый подарок, который Поппи нашла под своей подушкой на следующее утро.

Прямо позади нее скрипнул гравий.

Поппи замерла на месте, похолодев от страха. Она оглянулась и увидела, что на дороге никого нет. Но шаги слышались теперь со всех сторон.

– Эй! – шепотом позвала она.

Никто не откликнулся. Здесь никого не было. Никого видимого.

Поппи знала, что есть другой способ проверить это, хотя он и внушал ей ужас. Но она должна выяснить…

Вся дрожа, она вытащила из сумки складное зеркальце и раскрыла его. Еще до того, как она поднесла зеркальце к глазам, она уже знала, кого там увидит.

Но стоило ей посмотреть на стеклянную поверхность, как она вздрогнула.

В зеркале Девочка стояла в нескольких шагах позади нее. Но теперь дрожало все ее тело. Ее сотрясало от молниеносных спазмов, и она мигала, как картинка в фильме, поставленном в ускоренный режим.

Не успела Поппи ничего сказать, как Девочка бросилась вперед.

Холод охватил Поппи, когда Девочка обвила ее руками и стиснула. Поппи почувствовала, как ее тащат обратно на дорогу, подальше от ворот Ларкспура. Рухнув на землю, она так пронзительно завопила, что все певчие птицы вылетели из древесных крон, и теперь их пронзительные крики вторили ее голосу. Птицы разлетелись в разные стороны, а у Поппи перехватило дыхание, и небо над ее головой почернело.

Глава 6

Маркус сложил свои вещи у обочины дороги и бросился бежать. Миновав поворот, он увидел ту самую девочку со станции, она лежала посередине дороги и не шевелилась.

– Эй! – крикнул Маркус, быстро преодолев разделявшее их расстояние. – Ты в порядке?

Опустившись на колени рядом с ней, он вдруг понял, что не знает, что теперь делать. Девочка лежала на спине, раскинув руки и согнув колени, голова повернута в сторону.

– Только не умирай, – прошептал он, поднося руку к ее носу. Теплое дыхание защекотало кожу, и он облегченно выдохнул.

Он понимал, что нужно поскорее убраться с дороги – в любой момент из-за угла может вылететь машина. Он взял ее за руку, подумав, что, может быть, на это она отреагирует.

Веки девочки затрепетали, и в следующую секунду она открыла глаза. Когда она увидела склонившегося над ней Маркуса, недоумение в ее взгляде сменилось ужасом. Широко распахнув глаза, она вновь закричала, и они с Маркусом отлетели друг от друга – оба замерли по сторонам дороги, согнув ноги в коленях и подняв руки, точно соперники на ринге.

Потом Маркус вспомнил, что это он первый подошел к ней. Он медленно выдохнул и поднял руки вверх в знак того, что ничего плохого не замышляет.

– Все в порядке, – сказал он. – Я просто хотел помочь.

Когда он выпрямился, девочка потянулась к розовой сумке, лежащей на обочине, и подтащила ее к себе, как будто боялась, что он захочет ее украсть. Точно так же она поступила с черным складным зеркальцем и сжала его в кулаке.

А в следующий миг она отвела руку назад и со всей силы отшвырнула зеркальце.

Словно камень над поверхностью воды, оно пролетело над дорогой и скрылось в густой растительности. Облегченно вздохнув, девочка вытерла нос тыльной стороной ладони, посмотрела на Маркуса и покачала головой.

У Маркуса возникло ощущение, что он встретил девочку-Маугли, воспитанную волками.

– Меня зовут Маркус, – сказал он нарочито медленно – вдруг она не поймет? – Я шел по дороге, когда услышал крик.