Прошло некоторое время - пара минут, во время которых я чувствовала себя полной дурой. И ошарашенный взгляд Миронова явно говорил, что он тоже считает меня полоумной. Но давал мне понять и другое - это наверняка не Эрос.

- Ладно, я понял, - сказал наконец Макс, после чего исчез.

Я же осталась, глядя ему вслед. И думала в этот момент о двух вещах: как же хорошо, что Эрос - не Миронов.

И как же плохо, если Макс распустит по офису слухи о моем замужестве!

Часть 8. Вера

На следующий день меня ждало еще большее потрясение, чем вероятность того, что Эросом окажется Миронов. Вызов к новому боссу всех женщин офиса до сорока лет.

- Под сокращение, что ли, попадем? - пробормотала никогда не унывающая Ульяна. - Хотя зачем ему отправлять на покой молодух? Уволил бы Львовну, она одна троих стоит.

- Вот поэтому ее и оставят, - буркнула я в ответ. - Зинаидушка наша успевает и там, и сям. Фигаро бы просто умер от зависти.

- Ладно, посмотрим, чем все кончится.

В кабинет к новому боссу идти мне не хотелось по вполне понятной причине. Я даже не представляла себе, что почувствую, когда окажусь один на один со столом, на котором меня оприходовал бог любви.

- Иди давай! Он такой красавчик! - закатила глаза Ульяна, только что вышедшая из боссова кабинета, и я огляделась. Похоже, что из кандидаток больше никого не осталось. И не успела я расспросить подругу о том, что меня ждет за дверьми шефова обиталища, как была буквально водворена верной рукой Ульяны в святая святых нашей фирмы.

А дальше последовало такое, отчего я мгновенно захотела уволиться. Новый босс (весьма неприятный тип, скажу я вам!) сразу дал понять, что он в курсе моих приключений с богом любви!

Ну, конечно, сделал он это весьма двусмысленно. Дескать, примерьтесь к моему столу, удобно ли вам и всякое прочее, бла-бла. Но за этим же стоял конкретный посыл! В его кабинете располагались камеры и он, после ознакомления с тем, как кто-то совокупился прямиком под его носом (в тот момент отсутствующим), решил выяснить виновников этой вакханалии! Ну, знаете!

- Он что, порвал на тебе одежду? - ужаснулась Уля, когда я пулей вылетела из кабинета Соколовского.

- Что? - не сразу поняла я. - А! Это...

Я с горем пополам стянула на себе края юбки и прошипела:

- Идем к нам. Надо зашить этот позор!

Мы закрылись в нашем кабинете (в котором по счастью отсутствовала Лариса), я стащила порванный предмет гардероба и Ульяна принялась его штопать. Я же стала расхаживать туда и сюда, что солдат на плацу.

- Он примерил меня к своему столу! - процедила, делая третий круг по кабинету.

- Примерил... к столу? - откусывающая нитку от катушки Ульяна округлила глаза.

- Да! Усадил на него и говорит: "Как вам на нем сидится?". Нет, ты представляешь?

Подруга закивала, накладывая быстрые стежки на порванную ткань.

- Представляю. Но он босс. И красавчик, ко всему. Так что...

- Так - что? - потребовала я ответа. - Можно соблазнять своих сотрудниц?... Да еще и... и...

Запнувшись, я попыталась подобрать слово. На язык просилось только одно - замужних.

О! Точно! Приду к шефу и заявлю ему, что я не свободна! И пусть он видел мой секс хоть десять раз! Я занималась им на весьма законных основаниях!

- Ты дошила? Давай юбку, - потребовала я у Ульяны, и едва та успела снова перекусить нитку, схватила свою одежду и стала натягивать на себя.

Прямо сейчас отправлюсь к боссу и расскажу ему, что если его стол и был осквернен, то случилось это по закону!

- Вер... ты чего это? - спросила подруга, но я уже выбегала из кабинета и мчалась к Соколовскому.

Пыл мой, правда говоря, поутих, когда я добралась до двери босса. Прислушалась - тихо. Значит, досмотр женщин офиса уж точно закончен.

Постучала и, услышав короткое "войдите", проследовала в кабинет.