|
— Но сейчас она в Совете национальной безопасности. Если кто-то, кроме президента и военных, знает о Джокере, то это СНБ.
— В Совете пятеро членов. Почему именно она?
— Потому что мы не знаем, насколько тесно другие члены Совета связаны с космической службой, зато мой компьютер сообщил, что когда она была в Сенате, она голосовала за все субсидии, которых требовала космическая служба.
— Ладно, — сказал Беккер, — попробуем.
Он набрал номер, который дала ему Джейми, но увидел лишь запись голографического изображения Дженис Робли, которая извинялась, что не может лично ответить на звонок.
Беккер тотчас повесил трубку и повернулся к Джейми.
— Думается мне, что наше сообщение не такого рода, чтобы оставлять его на автоответчике, — сухо сказал он.
— Верно, — согласилась она. — Попробуйте позвонить ей в офис. Может быть, она работает допоздна.
Мгновение спустя на экране появилась седовласая женщина с пронзительными голубыми глазами и выступающим вперед подбородком.
— Как вы обошли мою видеофонистку? — осведомилась она вместо приветствия.
— Не важно, — ответил Беккер. — Вы знаете, кто я такой?
— Разве я должна вас знать?
— Меня знает Джокер. Передайте ему, что если он не отзовет своих людей, его ждут большие неприятности.
— Кто вы такой и кто такой Джокер? — холодно спросила она.
— Просто передайте ему это.
— Послушайте, майор Беккер…
Он отключился.
— «Майор Беккер», — повторил он. — Весьма удачная догадка для человека, не знающего, кто я такой.
— Рекламные агентства тратят миллионы долларов, чтобы сделать людей хоть наполовину такими знаменитыми, как вы, — иронически заметила Джейми. — Что ж, я вижу, она — уже звонит.
— Что теперь? — спросил Беккер.
— Теперь мы подождем.
— Долго?
— Я бы сказала, самое меньшее полчаса, может быть, чуточку больше.
— А потом?
Джейми усмехнулась.
— Потом начнется самое веселое.
Беккер отошел к дивану и вытянулся на нем.
— Разбуди меня, когда начнется фейерверк, — сказал он.
— Вы это серьезно?
— Я совершенно вымотался. Четыре дня я спасался бегством и за это время вряд ли проспал в общей сложности больше пятнадцати часов. Тебе, может, и нравится такая жизнь, но я к ней не приспособлен.
Джейми мгновение в упор смотрела на него, затем встала, ушла в спальню и, вернувшись с одеялом, укрыла им уже похрапывавшего Беккера. Затем она подошла к книжному шкафу, выбрала наиболее заковыристый технический справочник и следующие полчаса лениво его листала. Закончив, она поставила справочник на место, подошла к Беккеру, решила дать ему поспать еще часок и удалилась в кухню, чтобы состряпать что-нибудь на ужин.
Она обнаружила, что у нее закончились яйца и кофе осталось на донышке, и потому нацарапала Беккеру записку, сообщавшую, что она идет в ночной супермаркет и вернется через двадцать минут. Она прикрепила записку кусочком клейкой ленты к экрану монитора, бесшумно открыла входную дверь и по лестнице спустилась в вестибюль.
— Джейми! — хрипло позвал он. — Какого черта ты позволила мне так долго дрыхнуть?
Ответа не было.
Затем он увидел, что к компьютеру прикреплена записка, и подошел, чтобы прочесть ее.
Дж.»
Он посмотрел на часы. |