— Я не требую от вас никого предавать! — вспыхнул Беккер. — Мне просто нужно имя человека, который объяснил бы мне, почему меня хотят убить.

— Чтобы вы могли угрожать ему, как угрожаете мне?

— Чтобы я мог объяснить ему, что я лояльный американец и никогда не предавал ни армию, ни свою страну. Я готов сдаться, если буду знать, что меня выслушают, что меня не пристрелят, едва увидев.

— Звучит разумно, — сказал Рот. — Если вы и ваша спутница отдадите мне свое оружие, я постараюсь вам помочь.

— Почему я должен вам верить?

— До сих пор я вам не лгал, — сказал Рот. — Я сказал, что отключу охранную систему, и сделал это.

— Вашей жизни угрожала опасность, — сказал Беккер. — Если мы отдадим вам оружие, опасность исчезнет, а вам приказано убить меня.

— Тогда вы скажите мне: как я могу убедить вас в том, что говорю правду?

Беккер беспомощно пожал плечами.

— Не знаю.

— Думайте поскорее, майор Беккер, — сказал Рот. — У меня назначены деловые встречи, и если я опоздаю, меня начнут разыскивать.

— Что вам известно о деле Дженнингса? — вдруг спросил Беккер.

— Он только что объявил, что намерен сослаться на временную невменяемость, — ответил Рот.

— Что еще?

Рот нахмурился.

— Только то, что он убил двоих членов экипажа во время полета в глубоком космосе. А в чем дело?

— В том, что меня назначили защищать его, — ответил Беккер. — Неделю назад у меня не было ни единого врага во всем мире. Теперь я имею Красный код.

— И вы думаете, что причиной тому дело Дженнингса?

— Иначе быть не может. Вот только единственный факт, который он мне сообщил, настолько смехотворен, что никто не воспримет его всерьез.

— Что он вам сказал?

— Что двое, которых он убил, были инопланетянами.

— И он в это верил?

— Да.

Рот фыркнул.

— По-моему, это уже отнюдь не временная невменяемость.

— Если не считать того, что всех возможных свидетелей вдруг в одночасье убрали с Земли, а я двумя днями позже оказался во главе вашего списка.

— Должно быть что-то еще, — сказал Рот.

— Ничего другого нет, — ответил Беккер. — Космическая служба даже создала фальшивую цепочку по торговле наркотиками и позволила мне ее обнаружить — и все для того, чтобы я не поверил Дженнингсу.

— Инопланетяне не могут сойти за людей, — сказал Рот. — Им пришлось бы пройти медицинские тесты, психологические тесты, у них сняли бы отпечатки пальцев и сетчатки, и…

— Думаете, я этого не знаю? — осведомился Беккер. — Это безумие.

— Совершенно верно.

— Тогда почему мне присвоен Красный код?

— Я же вам сказал — понятия не имею.

— Причина может быть только одна.

— Может быть, назовете ее? — предложил Рот.

— Если рассказ Дженнингса — правда…

— Этого не может быть.

— Но если бы он был правдой, что бы это, с вашей точки зрения, значило?

— Скажите лучше вы, майор.

— Если в космическую службу и впрямь проникли пришельцы, они действуют не только на нижнем ее уровне. Некоторые из них могут быть высокопоставленными офицерами — и один из таких офицеров не хочет, чтобы я даже заикнулся кому-то другому о такой возможности.