— … Ледяной шестицвет…

Бочка выдала особенно звонкий «бульк», когда в нее отправился приличных размеров фрукт, покрытый тонкой ледяной коркой.

— Порошок звездного нетопырника…

Переливающийся голубоватым цветом порошок попал в зеленовато-бурую жидкость, отчего та внезапно изменила цвет на багровый.

— И последнее… эссенция огненного краба…

Вылив флакончик буквально жидкого огня, Каспар поморщился — эссенция редкого монстра стоила ему жалования за четыре года! Обуздав собственную жадность, культиватор отошел от бочки, и из остатков собственной сумки бережно вытащил украденное яйцо алого тигрозмея. Мужчина бережно опустил яйцо в бочку. Послышался тонкий, на грани ультразвука писк, от которого поморщился не только сам Каспар, но ближайшие к нему культиваторы в соседних кельях. Впрочем, писк достаточно быстро прекратился, так что никто не успел отследить его источник.

Подождав, пока оттенок цвета в бочке снова изменится — из багрового превратится в алый, Каспар скинул одежду, и погрузился в бочку. Кожа мужчины моментально покраснела от контакта со странной жидкостью, и принялась безумно зудеть. Но он быстро выпил из прихваченного с собой фиала мощнейшее обезболивающее. Зуд был не опасен, но он мог сильно отвлечь, и не дать осуществить задуманное.

Культиватор погрузился в бочку по плечи, но покраснение постепенно расползалось, пока даже его лицо не стало такого же оттенка, как и жидкость в бочке. Но Каспар никак не реагировал на это — он культивировал, словно безумный. Куча драгоценных ингредиентов, и яйцо алого тигрозмея в качестве жемчужины этого рецепта… Эта попытка крайне дорого обошлась мужчине. Можно сказать, если она провалится — то все его сбережения за последние десять лет испарятся. Плюс, он останется сильно должен паре весьма влиятельных персон.

Солнце медленно ползло по небосводу. Сначала оно добралось до зенита. Потом начало клонится на закат. А Каспар все еще неподвижно сидел. Эффект обезболивающего начал заканчиваться, отчего его трусило, словно в припадке. Крупные капли пота скатывались с головы и падали в жидкость в бочке, почти моментально испаряясь. Однако он не мог себе позволить отвлечься ни на секунду — мало того, что его культивация, давно застрявшая на грани второго ранга, наконец-то двинулась вверх, так еще и впитывание знака огня таким способом оказалось крайне сложным делом. Но стоит отвлечься — как все усилия пойдут прахом, ставки слишком высоки!

…Сумерки окутали землю. И в это время лицо Каспара начало светлеть. Постепенно уходила краснота, да и жидкость в бочке потеряла свою насыщенность, светлея.

Необычно яркий свет звезд пробрался в келью, и достиг бочки, в которой неподвижно замер культиватор. В этот момент его лицо казалось безжизненным, словно у восковой фигуры. Но в какой-то момент мужчина открыл глаза. Глубоко вздохнув, он встал, сжал кулаки, ощущая резко возросшую силу.

— Наконец-то! Я добрался до второго ранга! Какие… какие приятные ощущения!!!

Прислушавшись к себе, он наклонил голову, рассматривая собственную левую руку. Легкое усилие — и вокруг нее вспыхивает яркое пламя, освещая келью.

— Знак огня тоже вышло поглотить. Теперь я на уровне настоящей элиты! Ну что же… осталось только хорошенько отдохнуть. А завтра… завтра меня ждет все, что положено культиватору моего статуса!

… Низенький, худощавый мужчина в сером, расшитом серебром халате с уже поблескивавшей проседью в волосах на огромной скорости промчался по территории форта. Поднявшись по каменным ступеням, он зашел в самое высокое здание — башню коменданта. Охранник у дверей лишь уважительно поклонился мужчине, на что тот привычно отмахнулся — он не требовал какого-то раболепия от подчиненных, хоть и заслуживал его, как комендант этой крепости.