|
Они налетели на дерево, но не это их убило... они были расстреляны. Ну, слишком много выстрелов... можете вообразить, как я перепугался, побежал к городу. За следующим углом — новое потрясение, дом дяди Эла, он был взорван! От дома осталась только куча дымящихся камней! Потом я увидел пару подъезжающих машин, но если раньше я бы выскочил на дорогу и попытался их остановить, то теперь спрятался и наблюдал. Это были военные грузовики, набитые солдатами, и это были не наши солдаты. Ну, я и подумал, что либо я накурился чего-то уж очень крепкого, либо это не совсем обычный день в жизни Виррави. С тех пор всё так и пошло. И то, что я проснулся среди ночи и увидел «БМВ», который плывёт посреди запруды, было просто частью всего этого.
Добрых полчаса мы были заняты тем, что Крис рассказывал нам свою историю во всех подробностях, а потом мы рассказали о том, что случилось с нами. Но самое важное, что Крис не давал нам заснуть. И всё равно задолго до того, как мы доехали до моего дома, Гомер и Робин уже крепко спали. Бодрствовали только Ли, я и Крис. Не знаю, как дело обстояло у парней, но мне это давалось с огромным трудом. Я чего только не предпринимала, например смачивала веки слюной, — наверное, это звучит странно, только ничего не помогало. И когда я увидела первые слабые лучи на востоке, отразившиеся от металлической крыши дома, для меня это стало огромным облегчением. Я только в тот момент и осознала, что веду самую элегантную машину из всех, какие мне хотелось бы иметь, но даже не задумалась ни разу об этом. Надо же, потеряла такую возможность! Я даже рассердилась на себя.
12
За то небольшое время, что мы отсутствовали, дом посетили несколько визитёров. Грабители, как и те, которые приходили в дом Криса, искали ценные вещи. Стащили мои наручные часы, несколько серебряных рамок для фотографий, мой швейцарский армейский нож. Но особых разрушений дому не причинили. Мне было противно видеть следы их пребывания, но я слишком устала, чтобы ощутить это по-настоящему. Корри, Кевин и Фай тоже приходили — всё, что было в нашем списке, исчезло, а на холодильнике было написано: «Увидимся там, куда отправляются дурные люди. Пока!» Я засмеялась, а потом тёрла надпись, пока она не исчезла окончательно. Я уже стала не на шутку осторожной и осмотрительной. Гомер и Робин сняли повязку с ноги Ли и принялись изучать его рану, и Робин совершенно по-другому теперь относилась к крови. Я заглядывала через их плечи. Я никогда раньше не видела человека, раненного пулей. Но выглядело всё в общем неплохо. Мистер Клемент постарался и сделал всё отлично для дантиста. Швов было немного, но вокруг них расползся огромный синяк, весьма любопытных оттенков синего, чёрного и пурпурного. Из-под швов сочилась кровь — та самая кровь, что проступила сквозь бинты. — Как будто распухло, — сказала я. — Ты бы вчера на это посмотрела! — ответил Ли. — Теперь намного лучше. — Должно быть, физиотерапия снегоочистителя подействовала. — А что чувствует человек, раненный пулей? — спросил Крис. Ли склонил голову набок и немножко подумал: — Ну... как будто тебе в ногу воткнули здоровенный раскалённый кусок колючей проволоки. Но я сразу не понял, что это пуля. Я думал, это что-то упало с потолка магазина и ударило меня. — Больно было? — спросила я. — Сначала нет. А потом вдруг оказалось, что я не могу наступать на эту ногу. Тут-то Робин меня и подхватила. А мне не было больно до тех пор, пока мы не вошли в ресторан и я не лёг на пол. И тут меня точно огнём обожгло. Как будто меня убили. Гомер протёр рану и кожу вокруг неё дезинфицирующим средством и начал снова накладывать повязку. |
