— Думаю, мы поедим в «Бачигалпии».

Это был один из их любимых итальянских ресторанов.

— Очень мило. — Анна-Лиза пыталась угадать настроение Доминика. Он казался напряженным. Не собирается ли он сказать ей что-то неприятное? Может быть, пригласив ее в публичное место, он хочет облегчить себе задачу? В ресторане она не сможет устроить сцену.

По дороге они немного поговорили о каких-то незначащих мелочах. В ресторане было полно народу, и пришлось минут двадцать подождать.

Когда они сели за столик, Анна-Лиза взглянула на Доминика.

— Ну, — начала Анна-Лиза оживленно, — как твои выходные? — Она не расстроится, что бы он ни сказал.

— Интересно, — ответил Доминик. — Я виделся с отцом, потом, с Филис.

Анна-Лиза улыбнулась через силу. Она не желала ничего слушать о визите Доминика к женщине, на которой он был женат до нее.

— И?

Он подвинул вилку и взглянул на нее.

— Все прошло удачно. Тебе нужно возвращаться на работу после ланча?

— Я собиралась.

— Возьми отгул и поехали со мной.

— Куда?

— В Национальную галерею искусства. Там выставка Моне. Ты ведь любишь его. Идем?

Анна-Лиза кивнула. Она любила импрессионистов, а Моне особенно. Странно, что она ничего не слышала о выставке.

— С удовольствием.

— Тогда сразу после ланча. И я расскажу тебе больше о своих выходных. Из звонков твоих родных я понял — ты сказала им, что я не очень обрадовался твоей беременности.

— Они звонили тебе? — Анна-Лиза была изумлена.

— Я получил три сообщения вчера вечером, а сегодня Шон и Патрик тоже прислали по одному. И даже Трей оставил мне сообщение.

Анна-Лиза не знала, плакать ей или смеяться. Господи, что же они там понаписали? Она решила поговорить с родственниками позже.

— Ты говорил с кем-нибудь из них?

— Нет, поостерегся. Но я не могу игнорировать их вечно. — Доминик снова подвинул вилку.

Анна-Лиза никогда раньше не видела, чтобы ее муж нервничал. Сердце сжалось у нее в груди. Наверное, он не знает, как сказать ей, что их брак его больше не устраивает. Но она не собирается помогать ему. Если хочет развода, пусть скажет ей это прямо в лицо.

Официант принес их заказ. Анна-Лиза принялась за свою лапшу. Обычно она любила это блюдо, но сегодня почти не чувствовала его вкуса. А Доминик слишком нервничал, чтобы есть.

Закончив есть, они отправились в галерею. Анне-Лизе было трудно молчать. Даже тихая обстановка и картины любимого художника не успокаивали ее.

Они остановились возле одной из любимых картин Анны-Лизы.

— Она прекрасна, — произнес Доминик.

— Я тоже так считаю. Видишь детей, которые бегают по мосту и кидают в воду камешки?

— Нет. Я вижу тихий сад. Место, куда люди приходят подумать о жизни и решить что-то важное.

— Расскажи о своих выходных, — попросила Анна-Лиза, когда муж замолчал.

Доминик огляделся, взял жену за руку и увел к другой картине.

— Они оказались интереснее, чем я ожидал. Сначала я поехал в дом, где прошло мое детство. Я не узнал его. Там все изменилось. Потом я поехал к отцу. Мы поговорили.