|
Он снял шляпу и положил ее на край комода тульей вниз. Несколько тонких потных волосков прилипло к подкладке, зато остальные дыбом стоят на голове человека и слегка покачиваются, как морские водоросли. Одной рукой он начинает расстегивать пуговицы форменной рубашки, а другой достает из тумбочки бутылку и, небрежно плеснув виски в широкий стакан из толстого стекла, опрокидывает его в рот. Он садится на кровать, расшнуровывает свои черные, как похоронный катафалк, ботинки и, тряхнув ногой, скидывает их, ботинки летят в угол комнаты. Когда человек снова поднимается на ноги, он уже не кажется таким большим и грозным, у него очень бледный и очень усталый вид. Он стягивает брюки, я вижу его изувеченную правую ногу и светло-желтый протез, который крепится с помощью сложной системы кожаных ремешков и застежек. Он подходит к окну и стоит там некоторое время, глядя на морозный узор, проступающий по краям стекла, на пустынную улицу и нарядные манекены в ярко освещенной витрине универмага «Глаксбрингер». Затем стягивает через голову майку, снимает трусы и опускается на кровать, чтобы отстегнуть странную штуковину, которая заменяет ему ступню на правой ноге. После этого на нем не остается ничего, что можно было бы снять, развязать или отстегнуть. Я с восторгом и одновременно с ужасом наблюдал за удивительным перевоплощением, которое совершалось на моих глазах, словно мне позволили заглянуть в отверстие, находящееся в основании бронзовой статуэтки, и я увидел маленького уродца, гнома с плешивой головой и дряблым телом, обитающего внутри статуэтки. В ту ночь я воочию увидел то таинственное существо, которое по ночам являлось в наш дом и тяжело топало по ступеням лестницы и которое я привык называть отцом.
Я вновь вернулся к воспоминаниям детства, когда вез мисс Словиак домой. Пока мы ехали по Баум-бульвар, направляясь на восток в сторону Блумфильда, сидящая рядом со мной женщина постепенно превращалась в мужчину. Она достала из черной сумочки банку крема и жидкость для снятия лака, откинула крышку бардачка, поставила на нее свою косметику и взялась за дело. Сначала с помощью ватных шариков и крема мисс Словиак избавилась от толстого слоя макияжа и быстро смыла с ногтей бледно-розовый лак, после чего, задрав подол платья, один за другим стянула со своих длинных стройных ног ажурные чулки. Затем из лежащего на заднем сиденье чемодана вытащила светло-голубые джинсы и с некоторым трудом натянула их прямо под черное обтягивающее платье. Покончив с джинсами, мисс Словиак ухватила платье за подол и сняла его через голову. Чашечки ее черного шелкового бюстгальтера были щедро подбиты ватой и расшиты кружевами, в центре каждой чашечки красовалась крупная жемчужина, имитирующая возбужденный женский сосок; грудь под бюстгальтером оказалась маленькой, но мускулистой и совершенно безволосой. Антония надела полосатый шерстяной джемпер, белые носки и сунула ноги в белые кожаные кроссовки. Крем и ацетон вернулись в косметичку, и вместе с черным платьем, искусственным бюстом и скрученными в маленький невесомый комочек чулками отправились в угол пятнистого чемодана. Я пожалел, что мне приходилось следить за дорогой, поскольку процесс перевоплощения был поистине впечатляющим зрелищем. Восстанавливая свой первоначальный, задуманный природой мужской облик, она действовала с быстротой и ловкостью наемного убийцы из какого-нибудь боевика, который несколькими молниеносными движениями превращает старый зонтик в винтовку с оптическим прицелом. — Меня зовут Тони, — сказала бывшая мисс Словиак, когда мы свернули на Либерти-авеню. — Ну вот я и дома. — Здравствуй, приятно познакомиться. — Не сказать, чтобы ты сильно удивился. — В последнее время у меня появились проблемы с некоторыми рефлексами. — Ты знал, что я мужчина? Я на секунду задумался: как правильно ответить на поставленный вопрос. И решил, что, вследствие моей привычки постоянно врать, в данной ситуации я также имею право на маленькую невинную ложь. |
