|
Он представил, как самопровозглашенный психолог повторяет про себя установку вроде: «Сладкие ягоды тают во рту. Я чувствую их нежный аромат». А мелкие кусочки соли можно выдать собственному сознанию за клубничные зернышки. Джош приглушенно рассмеялся, за что был награжден укоризненным взглядом. Марта съела еще пару чипсов и отодвинула злополучный пакет подальше. Пока он заканчивал утреннюю трапезу, она пальцами приводила в порядок прическу. Джошу вдруг стало легко. Утро началось так весело, беззаботно, словно они действительно были туристами, выбравшимися на отдых. В нем ожила надежда, что и предстоящий день пройдет благополучно. Марте недолго осталось находиться в неведении. Он боялся этого разговора, сочинял в уме аргументы, доводы. Главная трудность заключалась в том, чтобы самому до конца отстоять образ хладнокровного, сильного, решительного мужчины. В любой другой ситуации эти качества проявились бы в нем естественным образом. Однако сейчас дело касалось Марты. Она станет упрямиться, просить или, не дай бог, плакать. Больше всего Джош боялся слез любимой женщины. Поэтому следовало дождаться удобного момента. Он должен застигнуть ее врасплох, не дать времени на размышления. А еще попробовать достучаться до здравого смысла, который у них обоих последнее время спал беспробудным сном. Только бы получилось. Джош нащупал телефон, лежавший в кармане куртки. Когда перед едой смотрел на часы, до срока оставалось минут двадцать. Значит, уже пора.
– Что это? – встрепенулась Марта. – Слышишь, какой странный звук? Она стояла посреди пещеры с растерянным видом. Потом нерешительно направилась к выходу, но Джош, выдержав эффектную паузу, остановил ее. – Вернись, нам нужно серьезно поговорить. К нам на помощь прилетел полицейский вертолет. – Тут у него в куртке загудел телефон. – Извини, подожди минутку. – Джош переключился на звонившего собеседника. – Да, мы слышим вас. Приземлится не получится? Хорошо, она сумеет подняться по веревочной лестнице. Где вертолет может максимально снизиться? Понятно. Уговор остается в силе? Нет, только одно условие: вы забираете девушку и обеспечиваете ей безопасность. Услышав про такое самоуправство, Марта собралась возразить, но ее остановил решительный взгляд карих глаз. – Да, сразу после вашего отлета я начну операцию. Они засели ниже по склону. Конечно, я справлюсь. Советую вам равномерно расставить людей, так как территория вокруг шоссе окружена лесом и часть бандитов точно попробует скрыться. Вы сделали правильный выбор. Место хорошо просматривается. Поведем их дорогой, которая внезапно выходит к засаде. Верно, что-то вроде обманного хода. Сколько у вас людей? Да, вполне достаточно. Мне нужно дополнительное снаряжение. Отлично. Вижу, вы проделали внушительную работу. Этим оружием я умею пользоваться. И гранатами тоже. Конечно, нужны. Ваше прикрытие на отдельных участках дороги может потерять меня из виду. Нет, я категорически против поддержки с воздуха. Девушка должна улететь в безопасное место. Помните наш уговор? Когда вертолет будет готов? А быстрее нельзя? Хорошо, мы сейчас поднимемся. Я оставлю телефон включенным. Марта инстинктивно отпрянула от него. В синих глазах застыли испуг, недоумение, боль. Зачем Джош распоряжается ее жизнью, отталкивает от себя, не позволяет остаться рядом в трудную минуту? От услышанного в голове сформировался сумбур из вопросов, упреков, обвинений. Марта хотела выплеснуть все это на Джоша, но слова зависли на полпути. Губы дрожали, не слушались. Его план, оказывается, состоял из двух частей: избавиться от нее, после чего геройски умереть под бандитскими пулями! Она отходила все дальше, пока не уперлась спиной в каменную стену. Потом опустилась на пол и разрыдалась. Вот и закончилось короткое счастье. Как с этим смириться? – Милая, иди сюда, – попросил Джош. – Давай наконец спокойно поговорим. |
