– Вы стоите или сидите?

– Я сижу, когда поступает звонок. Но я сразу же встаю.

– Кто звонит?

– Мой командир части.

– Что он говорит?

– Что отправляет моих людей на спасательную операцию на плоскогорье.

– Почему вы встаете, когда слышите приказ?

– Мне жарко. Тесно в груди.

– О чем вы думаете?

– Что это небезопасно. Что на нас нападут. Что нам нужно больше поддержки с воздуха, если мы направляемся в ту часть плоскогорья. А нам ее не предоставят.

– Вы злитесь из-за этого?

Он резко открывает глаза.

– Конечно, злюсь. Они отправляют нас туда, пичкают дерьмом про то, что американская армия лучшая в мире, что у узкоглазых нет никаких шансов.

– Война оказалась не такой, как вы ожидали.

– Они нам врали.

– Вы чувствуете себя преданным.

– Да, черт побери, именно так.

– Что случилось в тот день, когда вы получили приказ отправить ваш отряд на спасательную операцию?

– Это было ночью.

– Что случилось в ту ночь?

– Я скажу вам, что случилось. Там была засада.

– Ваши люди пострадали?

– Мне вам все разжевывать? Они погибли. Они все погибли в ту ночь. И это я их туда отправил. Они доверяли мне, а я отправил их на смерть.

– Люди всегда погибают на войне.

– Знаете, что я думаю? Погибнуть легко. А мне каждый день приходится жить с мыслью обо всех родителях, которые похоронили своих сыновей.

– Вы выполняли приказ.

– Но я знал, что это было неверное решение. Я знал, что моим парням нужна поддержка с воздуха. А у меня кишка оказалась тонка запросить ее.

– Чем вы пожертвовали, чтобы стать командиром полка?

– В каком смысле?

– Вы выбрали стать солдатом и командиром. Чем вам пришлось пожертвовать, чтобы получить это назначение?

– Приходилось подолгу разлучаться с семьей.

– Что еще?

– Когда у тебя шесть тысяч человек, чья жизнь зависит от тебя, у тебя нет права на страх.

– Вам пришлось пожертвовать чувствами к родным. Пожертвовать ими, чтобы ваши подчиненные могли видеть своих родных.

Он кивнул.

– Вы сказали, что погибнуть легко. Вы когда-нибудь хотели умереть?

– Каждую минуту.

– Что вас останавливает?

– Мои дети. – Он кривится от боли. – А они считают, что я чудовище. Что без меня им было бы лучше.

– Хотите знать, какой я вижу вашу ситуацию? Я думаю, вашим детям было бы куда лучше с вами. С вами, с человеком, которого я начинаю узнавать и которым начинаю восхищаться. Человеком, который способен рискнуть и заговорить о своем страхе. Человеком, у которого есть мужество принять и простить себя.

Он замолчал. Вероятно, в тот день он в первый раз увидел возможность освободить себя от вины за прошлое.

– Я не могу отправить вас назад в тот день, чтобы вы спасли своих ребят. Я не могу гарантировать безопасность вашим детям. Но я помогу вам защитить хотя бы одного человека – себя самого.

Он уставился на меня.

– Чтобы спасти себя, придется пожертвовать своим образом, с которым вы уже сжились.

– Надеюсь, от этого будет толк, – сказал он.

Вскоре полковника перераспределили, и они с семьей уехали из Эль-Пасо. Я не знаю, что стало с ними. Надеюсь, все изменилось к лучшему, очень за них переживаю.